Повелительный тон, каким было выдвинуто условие, стал гарантией его соблюдения. Я сам осмотрел мельницу. В помещение не было ничего необычно, не единого намека на то, что это место принадлежит злу. Конечно, двое наемников могли распустить слухи о странностях своего нового хозяина, но мне это было все равно. Я хотел, чтобы мельница снова заработала, чтобы как в прежние времена вращались колесом ветрила. Может быть, тогда здесь и произойдет что-то необычное.

 Я тайком наблюдал за графиней, когда она велела собрать дорожный сундук и заложить экипаж. Мне показалось, что в столицу ее влечет не только желание приобрести новые книги, ведь за этим она могла послать кого-то из слуг. Первое впечатление не могло обмануть меня. Уж слишком нервничала Франческа, когда садилась в экипаж. В санях до города она ехать не решилась, ведь мостовые могут быть расчищены и теперь я шел по следам, оставленным в снегу медными ободьями колес или летел, заглядывая в заднее окошечко кареты. Весь путь Франческа не могла успокоиться, то считала пальчиками меховую муфту, то поправляла теплый плащ, подбитый мехом белой лисицы. При въезде на оживленную широкую дорогу она надела на лицо темную полумаску, отороченную кружевом, словно не желала, чтобы ее узнали случайно встретившиеся в пути знакомые.

 На улицах столицы Виньены, где я уже однажды был, мне приходилось соблюдать двойную осторожность и скользить за экипажем невидимой тенью. На слишком узких каменных улочках каждый прохожий был хорошо заметен. Конечно, старый король приглашал меня зайти во дворец в любое подходящее время, но после откровенной беседы в охотничьем домике я никак не решался снова нанести ему визит.

 Уже свечерело, и в окнах отдельных домов вспыхивал свет. Экипаж прогромыхал по каменному мосту, проехал по одной из главных улиц и остановился перед фасадом хорошо знакомого мне дома. Именно там, на втором этаже за задрапированным окном мы с Винсентом недавно играли в карты, там же я впервые почувствовал, как рука графини, прикоснувшись к портрету, обнажила и заставила кровоточить мое сердце.

 Франческа выскользнула из экипажа, еще до того, как кучер спустился с облучка, чтобы открыть ей дверцу. Меховая накидка развевалась при быстрой ходьбе. Руки бесцельно сминали муфту. Набравшись храбрости, Франческа дотянулась до дверного молоточка, выполненного в форме орлиной головы. Дверь почти сразу же распахнулась. На пороге вырос неприятного вида лакей.

 -- Проводи меня к баронету и приготовь карты, - произнесла Франческа четким чистым голосом. Под кружевами, вуалью спускавшимися с полумаски невозможно было рассмотреть даже то, как движутся ее губы, выговаривая слова. Лоб, скулы и нос были полностью закрыты, только из прорезей яростно сверкали глаза. Впечатленный повелительный тоном безликой гостьи лакей не сразу сумел возразить.

 -- Тот, кого вы ищете, здесь больше не живет, - замявшись, пробубнил он. - Дом недавно продан.

 -- Где я смогу найти бывшего владельца? - ничуть не смущенная сложившейся ситуацией начала допытываться Франческа. - Говори, не стесняйся, я ему не враг.

 -- Простите, миледи, но я ничего не знаю.

 Франческа секунду всматривалась в глаза слуги, словно пытаясь вычитать правду, а потом зашагала прочь, словно убитая полученным известием. Она чуть вздрогнула, когда за ее спиной захлопнулась дверь.

 -- Неприятно, конечно, милочка, но ты не первая, кто заплатил ему вперед, - крикнул вслед Франческе какой-то невзрачно одетый бездельник, который по - видимому уже давно околачивался под окнами того же дома. - Похоже, наш всеведущий предсказатель не собирается никому возвращать долги.

 Франческа даже не обратила внимание на наглеца, а тот, выстукивая какую-то мелодию тростью по мостовой, все так же продолжал смотреть на неосвещенные окна фасада. Прохожих на улицах становилось все меньше.