— А сегодняшние события… Регент, возможно, снимет запрет на гладиаторские бои. Согласитесь, это очень хитрый ход! — Ипоксаг взглянул на Азака, молча восседавшего рядом с ним. — Ты же знаешь, как обычно относятся к регентам..

— Не знаю, — обронил султан. — Регентов у нас не бывало. Впрочем, какой авторитет у человека, в чьих жилах нет божественной крови предков?

— Верно. Кроме того, глава правительства в глазах народа всегда ответственен за жестокое правление. Ну и наконец, глава вновь сформированной администрации всегда винит во всех бедах своего предшественника. Так что Итбен сейчас в трудном положении. Он правит от имени Эмшандара, но император скоро умрет — и тогда на престол возведут ребенка, которым необходимо руководить. Вот почему Итбен не должен допустить, чтобы народ возненавидел его. Как отчим принца, он первый претендент на регентство до совершеннолетия мальчика. Честно говоря, перспектива у таких регентов не блестящая. Став совершеннолетним, молодой император — читай историю, дочь моя, — как правило, преследует своего бывшего опекуна, начисто забыв, что этот человек долгие годы заслонял его от всех невзгод власти.

Помолчав с минуту, сенатор благосклонно улыбнулся и посоветовал:

— Не надо его судить слишком строго. Регент — неблагодарная и опасная должность.

— Что меня возмущает, так это как он таскает старика на каждую церемонию и выставляет напоказ, как чучело, — вдруг высказалась Эйгейз.

Отец в глубоком изумлении уставился на дочь:

— Кто, скажи мне, теперь ведет опасные разговорчики?

— Я сказала правду! А этот бедный малыш, принц?

— Осторожно! Наследник должен учиться! Кажется, он в восемь лет стал преемником? Да, в восемь, и ему скоро придется надеть корону. Так что действия Итбена полностью оправданны. Что касается императора, то разве его присутствие на любой церемонии не повышает авторитет регента? Впредь, Эйгейз, не повторяй расхожие глупости и уж конечно не передавай их другим.

Толстушка вспыхнула от резкой отповеди и отвернулась к окну. Инос встретилась глазами с Азаком, но его взгляд ничего не сказал ей. Несомненно, Ипоксаг является сторонником Итбена. Сенатор принадлежал к той породе политиков, которые всегда выбирают победителей и ловко примазываются к ним.

Это открытие стало ударом для Инос. Бывшая королева не имела реальной силы, а значит, и рассчитывать на Ипоксага ей не приходилось. Сенатор постарается добиться обращения к Четверке, и через несколько дней она вновь окажется в Алакарне, на сей раз окончательно став женой грубого ревнивца, а Краснегар останется в далеком прошлом.

«Рэп мертв, — вздохнула про себя Инос, — и ни Боги, ни Хранители не в силах воскресить его. Сделанного не воротишь!»

Теперь и она повернулась и стала смотреть в окошко.

2

Прежде Инос не доводилось окунаться в толпу, да и понастоящему больших толп она не видела.

На добрых поллиги от поля волновалось море голов, рук, плеч. Это зрелище устрашало. Сенатору и его гостям пришлось распроститься с удобствами и пешком пробираться к императорской ложе. Гвардейцы прилагали невероятные усилия, расчищая дорогу; толпа сразу же смыкалась за группкой вельмож. Казалось, сенатор с дочерью, Инос и Азак плывут в густой каше медленно звереющей толпы. Опоздавшие злились, что не смогут увидеть редкостное зрелище, а таких неудачников было большинство. Пожалуй, сюда согнали почти всех легионеров столицы, во всяком случае, перья солдатских плюмажей на блестящих шлемах виднелись повсюду.