— Дуэль уже состоялась, — огрызнулся регент. Итбена разбирала злость по вполне понятной причине: калкорская интрига опутала весь двор словно сетями.

Инос тоже начала злиться, Калкор и ей осточертел. Но, возможно, ее раздражали направленные на нее взгляды посторонних, хотя это было еще глупее.

— Не против ттролля, и поединок был с моим защитником. В пророчестве его соперником…

— Волшебные окна не дают пророчеств, — перебил Инос Рэп.

Теперь все взгляды уперлись в фавна.

— А тыто что знаешь о волшебных окнах? — в ярости прохрипел регент.

— Я владею некоторой волшебной силой, — признался Рэп.

Присутствующие вздрогнули, и вокруг Рэпа образовалась пустота, хоть никто вроде бы и не двигался. Инос тоже вздрогнула, но совсем по другой причине — Рэп встречался с драконом, а драконы подчинялись Хранителю Юга. Теперь Инос догадалась, кто послал фавна в Алакарну — это сделал Литриан. Так кем или чем стал этот странно угрюмый парень?

«Это Рэп, правда Рэп? Да, он мой Рэп», — отбросила сомнения Инос.

— Он мой, крошка, — с холодной усмешкой, от которой у девушки волосы встали дыбом, произнес Калкор, — мой. Тот, с кем я дерусь.

— Мы не желаем больше никаких Божьих Судов, — категорически заявил регент. Однако уверенности в его голосе поубавилось.

На мгновение всем показалось, что создалась безвыходная ситуация, никто не решался слова сказать. Народ продолжал покидать место дуэли. Толпа таяла чем дальше, тем быстрее. Горожане переваливали через склон и исчезали из поля зрения. Легионеры устраивались отдохнуть перед тем, как построиться в когорты и тоже покинуть поле. Растирая плечи и сыпля проклятиями, они тяжело усаживались на промокшую траву. Дождь поливал город с новой силой.

Мысли Инос метались как птичка в клетке.

«В окне было, как Рэп дерется с Калкором и еще как Рэп умирает в гоблинском логове. Если он оказался у гоблинов, то Калкора Рэп должен одолеть. Я не позволю ему попасть к гоблинам… ни за что не позволю… Но если пророчества неизбежны… драконто уже был… пусть произойдет первое, а второе мы остановим. Да, мы его остановим. До сих пор все очень логично, — порадовалась Инос. — Я ни за что не уступлю Калкору. Рэпу придется драться».

Для Инос невыносима была сама мысль о том, что достойный, скромный народ Краснегара окажется под пятой чудовища.

Калкор словно прочел ее мысли.

— Итак, признаешь ли ты меня королем Краснегара? — Сапфировые глаза смотрели на Инос с откровенной насмешкой.

— Нет! — твердо ответила она.

— Тогда — именем Бога Правды…

— Прекрати! — взвыл регент. — Думаю, стоит внести ясность. Одна кровавая схватка уже была. Нам такого зрелища вполне достаточно, но… — Регент замялся и продолжал уже менее уверенным тоном: — Коль скоро существует пророчество… мы не исключаем проведение другого поединка, даже сегодня.

Хорошо выдрессированные придворные умело спрятали свое изумление за вежливыми кивками. Мрачный Итбен вернулся к трону. Дворяне, стоявшие в отдалении, переглядывались друг с другом с тревогой и недоумением. Порывы ветра трепали полог императорской ложи и плащи вельмож. Дождь снова перешел в ливень.

— Даме нужен защитник, не так ли? — с циничной усмешкой спросил Калкор. — Кто же этот защитник? Не ты ли, Азак?

— Не я! — выдавил из себя пристыженный Азак, в то время как лицо султана своим цветом точно копировало оттенок мореного красного дерева.