Толбузин внезапно решительно стукнул кулаком по столу:

— К чёрту Сабурова и к чёрту Владимир! Они нас предали первыми. Я готов принести присягу вам, Прохор Игнатьевич.

— Михаил Львович… — начала было Селезнёва.

— Что, Марфа Игоревна? Будем и дальше платить налоги тому, кто оставил нас умирать? — боярин покачал головой. — Нет уж. Маркграф прав — это не измена, это восстановление справедливости.

Кологривов и Селезнёва молчали, обдумывая.

— Нам нужно время, — наконец сказала боярыня.

— Думайте сколько хотите, — кивнул я, — но помните — время работает против вас. Каждый день без нормальной защиты, без поддержки, без торговых связей ослабляет ваши земли. Сабуров не станет вам помогать, это уже ясно. А я не буду ждать вечно — у меня достаточно дел и без расширения Марки. Это предложение продиктовано не необходимостью, а возможностью создать сильное объединение к взаимной выгоде.

После отъезда гостей я направился в школу, где меня ждал Леонид Карпов. Седобородый профессор выглядел довольным.

— Прохор Игнатьевич, рад доложить — программа обучения полностью внедрена. Дети занимаются с энтузиазмом, взрослые… ну, взрослым сложнее, но продвигаются.

— Отлично. Что с графиком поглощения Эссенции для наших магов?

Профессор достал записи:

— Всё идёт по расписанию. И у меня великолепные новости — восемь человек достигли порога! Зарецкий, Арсеньев, Соболева, Ольтевская-Сиверс, Вельский, Кронгельм, Сомова и Вершинин накопили достаточно энергии для перехода в ранг Мастера. Им осталось только пройти Стихийное погружение.

— Впечатляет. Быстрее, чем я рассчитывал.

— Но я настоял, чтобы все желающие сначала получили ваше личное одобрение, — добавил Карпов. — Стихийное погружение — смертельно опасный ритуал. Статистика неутешительна…

— Мудро, Леонид Борисович. Я поговорю с каждым лично, оценю их готовность.

— Отлично. Подскажите, есть ли новости насчёт лицензии от Академического совета?

— Недавно получил их ответ на мой запрос, — я усмехнулся. — Полтораста тысяч рублей различных сборов, двенадцать преподавателей-аристократов ранга Магистр, максимум двадцать пять процентов простолюдинов среди учеников, двести часов обязательного изучения аристократических манер…

— Это же открытое издевательство! — возмутился Карпов.

— Конечно. Они выставили заведомо невыполнимые условия. Но теперь, когда основные дела Марки улажены, я могу заняться Академическим советом вплотную. У меня есть несколько идей, как сделать их жизнь интереснее…

Что-то в моём взгляде заставило собеседника поёжиться.

После обеда я провёл очередной ритуал поглощения Эссенции. Используя 18 малых кристаллов, увеличил свой резерв на 206 капель. Итоговый результат — 1127 капель магической энергии, что почти вплотную приблизило меня к третьей ступени Мастера. Внушительный запас, который пригодится в предстоящих битвах — как магических, так и политических.

К вечеру, когда я провёл персональное занятие со своим учеником Егором, посмотрел на то, как ведётся работа с освобождёнными пленниками и решил ещё несколько административных вопросов, настало время снова встряхнуть Содружество.

Я расположился перед магофоном в своём кабинете. Проверил, что в кадр попадает стена с картой Пограничья — пусть зрители видели, о каких землях идёт речь. Глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. То, что я собирался сделать, было прямым вызовом всей академической системе русских княжеств. Вот и замечательно.

— Добрый день, уважаемые подданные Содружества, — начал я, глядя прямо в объектив. — Меня зовут Прохор Платонов, маркграф Угрюмский.