Утром первого дня Волков сообщил, что отправил официальный отчёт в княжескую канцелярию — сухие строчки о «смерти Степана Дроздова в результате неконтролируемого выброса магической энергии». К обеду пришёл ответ: князь Сабуров «с прискорбием» принял известие о гибели наместника и назначил расследование. Игра в бюрократию продолжалась.

Вчера прибыли представители освобождённых деревень — не старосты, а простые торговцы. Привезли первую партию трофейных Реликтов в обмен на боеприпасы. Деловито, без лишних слов, словно не было никакого террора Дроздова. Так они защищались — делая вид, что ничего не произошло.

Сегодня с утра я занимался проверкой оборонительных сооружений, затем провёл совещание с командирами дружины. После обеда просмотрел отчёты Захара о запасах продовольствия. И только к вечеру освободился для занятия с Егором.

Я встретил его возле своего дома, где мы условились провести вечернее занятие. Парень стоял прямее обычного, и в его движениях чувствовалась новая уверенность — совсем не та зажатость, что я видел ещё неделю назад.

— Наставник, — поздоровался он с улыбкой. — Спасибо, что позвали меня на дебаты. Я до сих пор не могу поверить, что выступал перед членами Совета академии и всеми этими важными людьми!

— Ты отлично справился, — кивнул я, усаживаясь на старую наковальню. — Твоя демонстрация произвела впечатление даже на самых скептически настроенных магистров. Как ощущения после выступления?

Юноша задумался, подбирая слова.

— Странные. С одной стороны, я горжусь — мой отец тоже гордится, хотя и пытается это скрыть. А с другой… — он помялся. — В школе теперь всё изменилось. Приехало много новых учеников со всего Содружества, некоторые из знатных семей. И я вдруг оказался среди «опытных», хотя сам всего пару месяцев назад не мог даже гвоздь поднять в воздух.

— И как к этому относятся другие ученики?

Егор потёр затылок — жест, который я уже привык у него замечать в моменты смущения.

— Многие завидуют. Говорят, что мне повезло — сам маркграф меня обучает. Некоторые теперь постоянно крутятся рядом, предлагают дружбу, зовут вместе тренироваться. Матвей вчера прямо сказал, что половина новичков хочет со мной познакомиться только из-за вас.

Я встал и подошёл к окну, глядя на закатное небо.

— Знаешь старую поговорку, Егор? «У богача друзья до конца золота, у бедняка — до гроба». Сейчас ты в положении того самого богача, только твоё золото — это связь со мной. Многие хотят с тобой дружить, но дружба эта фальшивая, как позолоченная монета.

— Но как отличить настоящих друзей от… залётных приятелей? — в голосе парня слышалась растерянность.

— Настоящий друг останется с тобой, когда тебе нечего будет предложить. Когда ты ошибёшься, провалишься, покажешь слабость. Залётные же исчезнут при первой трудности или как только найдут кого-то поинтереснее. Научись наблюдать, Егор. Кто помогает тебе без просьб? Кто радуется твоим успехам искренне, а не с расчётом? Кто готов спорить с тобой, а не поддакивать каждому слову?

Мальчишка кивнул, переваривая сказанное.

— А ещё важнее другое, — продолжил я. — Не дай гордыне затуманить разум. Ты действительно добился многого за короткий срок, но это только начало пути. Помни — вчера ты не мог поднять гвоздь, сегодня меняешь форму металла, а завтра… завтра зависит от того, сохранишь ли ты голову холодной.

— Я понимаю, наставник. Постараюсь не зазнаваться.

— Хорошо. А теперь к делу. Ты готов к следующему шагу? Три раза ты уже поглощал Эссенцию, укрепляя каналы. Пора делать прорыв на ранг Ученика.