Генерал мыслил верно. Терехов, оставшись безнаказанным, изыщет средства, наберёт кредитов, наймёт новых наёмников и получит возможность ударить нам в спину, когда мы будем заняты Шереметьевым и Щербатовым.

Повисла тяжёлая пауза. Полковник Ленский склонился над картой, водя пальцем по дорогам.

— Если армии Ярославля и Костромы соединятся завтра, — произнёс он размеренным голосом, — то до Владимира им два-три дня марша. У нас есть максимум четыре дня, чтобы взять Муром, вернуться и перехватить их.

— Четыре дня — это если они не форсируют темп, — заметила Ярослава. — князья не дураки. Они понимает, что у них каждый час на счету. Если возьмут Владимир, выколупывать их оттуда будет непросто

Буйносов покачал головой:

— Стрельцы и стража продержатся сутки, может, чуть больше. Они обучены против Бездушных, не против регулярных армий. Если враг подойдёт к стенам раньше нас…

Он не закончил. В этом не было необходимости. Все понимали, что произойдёт. Владимир падёт, население окажется под властью людей, которые уже объявили меня врагом Содружества. А дальше — показательные суды, конфискации, возможно, казни для тех, кто слишком открыто поддерживал «агрессора».

Я посмотрел на муромские стены, видневшиеся через откинутый полог шатра. Три кольца укреплений, защитные чары, поредевший гарнизон. При обычном штурме — несколько дней осады, подкопы, артиллерийская подготовка, потери в сотни человек…

У меня не было нескольких дней.

В Сергиевом Посаде я восстанавливал подобную защиту после прорыва Бездушных. Князь Оболенский передал мне ключи доступа — специальную последовательность рун, позволявшую войти в резонанс с древними печатями. Четыре символа, открывавшие контроль над городскими чарами. С их помощью я перестроил целый участок стены за считанные часы, направив энергию защитного контура по новому руслу.

Здесь ключей не было. Терехов вряд ли собирался делиться ими с осаждающим.

Я усмехнулся про себя. Впрочем, ключи — не единственный способ разобраться с магической защитой. Можно подобрать отмычку, можно взломать замок, а можно просто вышибить дверь. Мои возможности на ранге Архимагистра позволяли выбрать третий вариант. Грубо, прямолинейно, зато надёжно. Защитные чары рассчитаны на противодействие магии определённой силы; достаточно превысить этот порог, и они схлопнутся, как детский снежок под сапогом.

— Муром нужно взять немедленно, — сказал я.

Буйносов нахмурился:

— Штурм укреплённого города? Несмотря на численное превосходство, потери будут солидными. Стены высокие, чары древние, а у нас нет времени на полноценную осаду.

— Осады не будет, как и штурма, — ответил я. — Стены я сокрушу сам.

Тишина повисла в шатре. Ленский поднял взгляд от карты, брови сдвинулись к переносице. Буйносов открыл было рот, но ничего не сказал. Даже Ярослава, обычно не теряющая самообладания, смотрела на меня с нескрываемым удивлением.

— Ваша Светлость, — осторожно начал генерал, — защитные чары подобных городов выдерживали осады веками. Это не обычные укрепления.

— Я знаю. Готовьте армию. После падения города начнём форсированный марш на Владимир. Мы должны перехватить врага до того, как он подойдёт к стенам.

Ленский переглянулся с Буйносовым. Оба были опытными военными, видевшими немало сражений. И оба, судя по выражению лиц, сомневались в реальности моего плана.

— Когда начинаем? — спросил полковник.

— Через полчаса. Отведите войска на безопасное расстояние от южной стены — именно там появится брешь.

Командиры начали расходиться, отдавая приказы адъютантам.