— Тогда нужно ехать, пока не рассвело, — я поднялся со стула. — Так или иначе, но этой ночью от банды Кабана не останется и следа. Спасибо за информацию.

Родион окинул меня внимательным взглядом:

— Не мельтеши, — предупредил он. — Охрана там серьёзная. И наверняка пара его головорезов дежурит на этаже, даже когда он с дамочкой милуется.

— Меня это не беспокоит, — ответил я, берясь за ручку двери.

— Ну да, если ты справился с Горелым и Спицей… — он посмотрел на меня с новым уважением. — Ядрёна-матрёна! Похоже, про тебя не врали! Был бы я на двух ногах, сам бы с тобой пошёл, этим сусликам хвосты пооткрутить.

— В другой раз, — я кивнул ему на прощание.

— Удачной охоты, воевода, — он отсалютовал мне трубкой. — И если что… ты меня никогда не видел, а я тебя не знаю. Так всем спокойнее будет.

Кабан считал себя хозяином этого города, а меня — временной помехой. Самое время показать ему, насколько он ошибался, и поставить в этом деле точку.

Глава 8

Не дожидаясь рассвета, мы направились по нужному адресу. Я вёл Муромец через пустынные ночные улицы Сергиева Посада, мысленно выстраивая план действий. Сквозь открытые окна ночной ветер трепал волосы моих охотников, сидевших на задних сиденьях — просить их пристегнуться было бесполезно. Все они горели желанием закончить поскорее начатое дело.

Вскоре перед нами выросла семиэтажная громада жилого дома на Вифанской улице — одна из немногих «высоток» в городе. По правде говоря, их можно было пересчитать по пальцам одной руки. Для строительства настолько высотных зданий требовались ресурсы, которые мог поставить только Бастион.

Даже в ночной тьме здание выглядело внушительно и дорого: светлые стены, большие балконы, широкие окна. Вокруг тянулась декоративная металлическая ограда высотой около трёх метров. Я разглядел небольшое КПП у въезда, где дежурили трое хорошо вооружённых охранников в тёмной форме.

— Парни, как думаете, сможете бесшумно вырубить этих бойцов? — полюбопытствовал я, когда мы остановились в тени деревьев примерно в сотне метров от дома.

Охотники переглянулись. Федот, самый старший из четвёрки, коренастый мужчина со шрамом на правой брови, ухмыльнулся:

— Обижаешь, воевода. Мы же не зря всё это время тренировались. Да и отец Макарий показал пару приёмчиков — тот ещё зверь в рукопашной. Никто даже не пикнет, будь спокоен.

— Мы это, — Евсей постучал пальцами по ножнам, — аж копытом бьём от нетерпения. Дозволь начать?

Мои «волки» были людьми практичными — доказывать делом они любили больше, чем разговорами. За это я их и ценил.

— Действуйте, — я коротко кивнул. — Только не увлекайтесь. Без лишней крови, они к нашим делам касательства не имеют.

Четвёрка растворилась в ночи с впечатляющей слаженностью. Я наблюдал, как они передвигаются от тени к тени, от укрытия к укрытию. Подготовка не прошла даром — движения были точными и экономными. Подобравшись к КПП с двух сторон, они дождались момента, когда охранники отвлеклись, и мгновенно нырнули в раскрытые от жары окна, взяв пару в удушающие захваты. Короткая борьба — и тела безжизненно обмякли.

Буквально через минуту Федот подал сигнал, и я подъехал к воротам. Охрана была жива, просто без сознания. Правильно, шум нам сейчас ни к чему.

Пока я парковался на затенённом месте у боковой стены дома, Гаврила и Федот уже скользнули в открытую дверь подъезда. Через минуту высунулась голова молодого охотника, и он махнул нам — путь свободен.