К инженеру Грановскому я отправил геомантов Вельского и Вершинина — пусть помогают с возведением укреплений. Гласис требовал колоссальных земляных работ, и без магии земли тут не обойтись.

Сам вернулся в мастерскую создавать очередную партию гильз. Процесс уже отработан до автоматизма — латунь послушно текла под моими пальцами, принимая нужную форму. Закончив, восстановил запас энергии кристаллами и направился в кузницу — наносить медные оболочки на готовые свинцовые пули. Монотонная, но необходимая работа. Если я собираюсь отъехать в Сергиев Посад, у цеха должен быть запас всех необходимых ресурсов, чтобы работала не останавливалась ни на час.

К вечеру Арсеньев доложил о результатах дня:

— Тридцать семь тысяч готовых патронов! Суммарно за два дня: шестьдесят четыре тысячи. Женщины освоились, брака стало меньше. Если так пойдёт дальше, к началу Гона наберём тысяч двести-триста!

— Отлично. Как запасы компонентов?

— Хватает за глаза.

Вечером, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона, к воротам острога прибыли гонцы. Пятеро всадников — по одному из Жохово, Цепелево, Копнино, Нерожино и Шувалихи. Они сговорились, вместе для безопасности держать путь.

Я принял их в большом зале дома вовеводы. Люди выглядели измождёнными долгой дорогой, но решительными.

— Говорите по порядку, — предложил я, усевшись во главе стола.

Первым поднялся гонец из Жохово — молодой парень с соломенными волосами:

— Воевода, меня послал староста Фома Савельич. Просит разрешения начать переезд. Народ волнуется, все только и говорят о Гоне. Боятся, что не успеем добраться, если тянуть.

— То же самое в Цепелево, — подхватил второй гонец. — Люди собирают пожитки, готовы двигаться хоть завтра.

Остальные закивали, подтверждая — ситуация везде одинаковая. Страх гнал людей из насиженных мест.

— Как обговорено, хотим укрыться за вашими стенами, пока есть время, — закончил представитель Нерожино. — А не бежать в последний момент с голым задом от тварей, простите за прямоту. Говорю, как есть.

Я не смог сдержать улыбки. Непосредственность крестьян иногда освежала после витиеватых речей аристократов.

— Передайте старостам — начинайте переезд немедленно. Чем раньше, тем лучше. Нам нужны рабочие руки для завершения укреплений, так что ваше предложение как нельзя кстати.

Гонцы заметно расслабились. Видимо, боялись отказа.

— Организуйте переезд по группам, — продолжил я. — Сначала семьи с детьми и стариками, потом остальные. Скот и птицу берите с собой — прокормим. Инструменты и запасы зерна тоже грузите, лишними не будут.

— А дома? — спросил посланец из Шувалихи.

— Что с ними случится? Бздыхам ваши дома ни к чему, — удивился я.

— Дык я про то, будет ли здесь где разместиться? — смутился он.

— Обеспечим. Будет тесно, но на улице никто не останется.

Мы не останавливали процесс заготовки брёвен даже после обеспечения жильём всех переехавших к нам должников и беженцев по линии церкви. Знали, что рост численности населения на этом не закончится. Учитывая приезд ветеранов, как в воду глядели.

Следующий час мы обсуждали детали: маршруты движения, расположение временного жилья, организацию охраны колонн переселенцев. Гонцы тщательно запоминали инструкции — от чёткости выполнения зависели жизни сотен людей.

Когда они ускакали обратно, я вышел на крепостную стену. Солнце уже скрылось за горизонтом, оставив лишь алую полосу на западе. Где-то там, в сгущающейся тьме, готовилась подняться волна Бездушных.

Но мы будем готовы. Стены крепнут с каждым днём, арсенал пополняется, люди стекаются под защиту острога.