Нюгуру достала из кармана шелковый носовой платок

— Извини. — Она протянула платок мне. — Твоя история кажется очень печальной.

Мне не хотелось пачкать ее платок, и поэтому я утерла слезы тыльной стороной ладони.

— Расскажи мне еще о себе, — попросила она.

Я покачала головой:

— Моя история может дурно повлиять на твое самочувствие.

— Неважно, — настаивала она. — Я хочу слышать. Сегодня я впервые в жизни вышла за пределы своего дома. И никогда раньше не путешествовала, как ты.

— Путешествовала? Да мое путешествие нельзя назвать приятным. — По ходу рассказа я все глубже погружалась в воспоминания об отце. И тут же вспомнила запах от его гроба и те тучи мух, которые нас преследовали по пути. Чтобы совсем не раскиснуть, я решила сменить тему разговора.

— А ты, наверное, ходила в школу, Нюгуру? — спросила я.

— Ко мне приходили учителя на дом. Их было трое. Каждый преподавал свой предмет.

— И какой у тебя был любимый предмет?

— История.

— История! Я думала, что историю учат только мальчишки. — Я вспомнила, как в тайне от отца читала книгу «Летопись трех царств».

— Ну, это не совсем та история, о которой ты думаешь, — улыбнулась Нюгуру. — Это история императорского двора. В основном о жизни императриц и наложниц. Мы уделяли внимание только тем из них, кто отличался выдающимися достоинствами. — Она немного помолчала. — Чаще всего мне ставили в пример императрицу Сяо Цин. Родители постоянно повторяли, что раз я родилась девочкой, то однажды обязательно должна стать одной из тех благородных женщин, чьи портреты висят в императорской галерее.

Теперь понятно, почему у нее такой вид, будто для нее это место — дом родной.

— Я уверена, что ты произведешь благоприятное впечатление на императора, — сказала я. — А что касается меня, то мои познания в придворной жизни не идут ни в какое сравнение с твоими. Я даже не знаю, какие ранги существуют при дворе для женщин. А вот о евнухах я знаю очень много.

— Я с удовольствием расскажу тебе все, что знаю сама, — сказала Нюгуру, и глаза у нее при этом заблестели.

В это время раздался приказ:

— На колени!

Вдруг откуда-то появились многочисленные евнухи, которые выстроились перед нами в ряд. Мы все упали на колени.

Из арочных дверей степенно вышел главный евнух Сым. Он встал в живописную позу и приподнял правой рукой край своего платья. Не поднимая головы, я увидела его туфли в форме лодок. Он умело выдерживал паузу. Я сразу почувствовала, какой властью и могуществом он обладает. Странно, но меня восхищали его манеры.

— Его Величество император Сянь Фэн и Ее Величество великая императрица Цзинь вызывают... — Тут голос его взвился до неподражаемых высот. Он пропел имена девушек, среди которых были и наши: — Нюгуру и Ехонала!..

4

В полной тишине я услышала легкое позванивание своих серег и головного украшения. Девушки впереди меня вставали и грациозно плыли в своих роскошных шелковых туалетах и в туфлях на высоких танкетках. Мы двигались всемером, и евнухи окружали нас со всех сторон. При этом они постоянно делали руками какие-то знаки, словно отзывались на молчаливые указания главного евнуха Сыма.

Мы снова миновали бесчисленное количество внутренних дворов и арок и наконец вошли в парадный зал Дворца мира и долголетия. От пота моя нижняя сорочка стала совсем мокрой. Я боялась, что не смогу достойно предстать перед Их Величествами и искоса бросала взгляды на Нюгуру. Она являла собой абсолютное спокойствие, словно плывущая по небу луна. На губах ее застыла очаровательная улыбка.