Шарлотта Вильерс вздрогнула, вспомнив слова Ибрим Ходж Керрима. Обвинять ее в трусости!

«Ничего, скоро ты за все ответишь. Когда придет время, моя рука не дрогнет».

В дверь постучали, на сей раз вежливо и почтительно.

— Мадам Вильерс... — начал один мужской голос

— ...Президиум ждет, — продолжил другой, почти неотличимый от первого.

— Я готова.

Опустить вуаль или поднять? Опустить, решила Шарлотта Вильерс. Хотя бы для начала.

Двойники распахнули перед Шарлоттой Вильерс двойные двери. По маленькой деревянной лестнице она поднялась в зал совета. Перед ней возвышались ряды скамей, составленные в виде подковы, словно в лектории. Все скамьи были заняты: парики и монокли делегатов с Земли-5, тюрбаны и кружевные чалмы аль-буракийцев, шелка и замысловатые прически представителей Земли-6.

— Шарлотта Вильерс! — объявил женский голос

— Пленипотенциар Земли-З на Земле-10, кандидате на вступление в Пленитуду, — добавил второй голос, неотличимый от первого.

Шарлотта Вильерс рассматривала амфитеатр, пока последние члены Президиума занимали места. Хорошо, что она решила опустить вуаль и теперь может наблюдать, сама не став объектом наблюдения. Ибрим Ходж Керрим сидел рядом с коллегами, расстегнув пальто и размотав шарф. Он отвесил ей самый небрежный из поклонов. Поль Маккейб расположился на самом верху, на гостевой галерее, под плафоном с сердитыми херувимами. Этой Харт нигде не было.

Шарлотта дождалась, пока все глаза обратятся к ней. Это был театр, но не снов, а кошмаров. Трепещите, такого спектакля вам видеть не доводилось.

Молчание стало звенящим.

Шарлотта Вильерс подняла вуаль и оглядела ряды лиц.

— Я принесла вам чрезвычайно дурные вести, — промолвила она. 

ГЛАВА 22

Фургон с надписью «Крысомор» простоял за школой целых два дня, пока мистер Калшо не заглянул в окно кабины. Спустя полчаса на место прибыл другой фургон борцов с грызунами и сразу за ним — полицейская машина. На перемене вокруг фургона собралась маленькая толпа.

— Он умер, — заявила Нуми. — По ошибке выпил крысиный яд. Труп уже начал разлагаться.

Эверетту Л довелось сражаться с Нано и викторианскими зомби, но его удивляла одержимость Нуми загробной тематикой. На их счету было уже три свидания. Дело ни разу не дошло до домашнего задания, впрочем, Эверетт Л давно понял, что это предлог. Ему разрешалось проводить Нуми домой, разумеется, не в школьной форме, и то, если Нуми устраивал его прикид. Она подсунула Эверетту Л адреса сетевых магазинов, раз уж ему лень торчать в примерочных. Но — никаких объятий и поцелуев.

— Расходитесь! Что, звонка не слышали? — рявкнул мистер Калшо. — Не на что тут смотреть!

Крысоморы открыли заднюю дверь фургона. Нуми чуть шею не свернула, выглядывая, что там внутри. Рюн и Эверетт побрели на биологию.

— Э... — промычал Рюн.

Эверетт Л заметил, что в последнее время Рюн начинает так каждую фразу, словно извиняется, или смущен, или хочет сообщить плохую новость. С того вечера, когда Эверетт Л сочинил ложь, которая не была до конца ложью, Рюн изменился. Он словно все время был настороже: шутил, обсуждал с Эвереттом Л игры, фильмы, комиксы и футбол, но постоянно себя контролировал, сопровождая каждое слово или действие мычанием.

— Э... это как-то связано с тобой?

— Я не убивал крысомора, если ты об этом.

— Знаю, просто... э... крысы...

«У меня есть теория насчет крыс, — подумал Эверетт Л, — но я не стану с тобой делиться, да тебе и не понравится».