– У меня тоже есть новости. Приходил с визитом король Филик, отец Ольчи. Даёт мощный артефакт «Двойной удар огня», два десятка конных бойцов и тысячника.

– Видел я его внизу, серьёзный дядя, – сказал Ригард. – Но жестокий. В западных королевствах и ханствах им до сих пор детей пугают. Восстание подавил, утопил всех в крови лет сорок назад.

– Как главный подойдёт? Над всеми силами?

– Если ничего лучше не найдём, то почему нет? – пожал плечами соратник.

– Можно побеспокоить? – просунул голову в дверь Бурхес.

– Заходи, рассказывай.

– Особо ничего не расскажу, а вот показать покажу. – Довольная моська Бурхеса была… моложе, что ли.

– Брови выщипал? – приглядывался я.

– Омоложение прошёл. Плюс пятьдесят.

– К возрасту? – пошутил Ригард.

– К сроку жизни. Сняли полтинник, не меньше!

– И ты на радостях завёл жопастую ученицу?

– Очень талантливая и способная девушка, уже сдала на второй ранг, – оскорбился нелепым наездом… старик? А пожалуй, и не совсем старик! – И всего за пять лет, а ведь в среднем уходит лет пятнадцать, а процентов пять так навсегда на первом ранге и останутся.

– Да бери, раз захотел. Тебе задание. Завтра с утра смотайся в гильдию…

– Я только что оттуда!

– Я не про омоложение. Может, чем помогут из артефактов или магов.

– Так и я именно про это. Нам выдали в аренду на один год полторы сотни «Крепких щитов Берта». Это индивидуальные артефакты, армейские, против магии до десятого ранга включительно.

– Хорошие? – вопросительно посмотрел я на гвардейца.

– Из новых, выдают десятникам. Держат, правда, немного, сильный удар так вообще один-два. Но заряжать можно, – дал справку вопрошаемый специалист.

– А жизнь-то налаживается. А чего они расщедрились?

– Полторы тысячи золотом это будет стоить! Это называется «расщедрились»?! – возмутился Бурхес. – Это же не навсегда, а на пару раз.

– Это немного, армейские артефакты редко дают посторонним, – заспорил Ригард.

– Была команда сверху, – признал маг.

Я выдал Бурхесу деньги, наказав, чтобы завтра отвёз, да под охраной. И посчитал остатки. Пять тысяч триста монет, может, ещё по карманам кое-что лежит.

Потом лёг спать. Был уставший, но супружеский долг выполнил. Назло всем недругам!

Утром, бодрый, стал собираться в дорогу. Повидал до отъезда тысячника, старого вояку. Потом приехал хозяин домика и таки вернул мне сорок золотом за непрожитые дни, две трети от остатка.

Все дела в столице я закончил, пора и домой.

– Выдвигаемся! – дал я приказ своей уже немалой команде и уселся вместе с Ольчей и Милой в карету. Плавный ход – это небо и земля по сравнению со стандартным дилижансом.

Мы уже двигались по направлению к выходу, когда нашу кавалькаду настигла леди Марчер с какой-то тёткой вполне годного вида, лет от двадцати пяти до сорока.

– Гарод! Я так рада, что застала тебя, – сказала она, пересаживаясь с коня в карету, где сразу стало тесновато.

– Полечить кого-то? – сразу понял я.

– Да! Ты умница. Моя подруга баронесса Миот при осаде их замка попала под магический огонь. Стоит, конечно, в очереди на лечение, деньги у неё есть.

– Ну, а я зачем тогда?

– Но раз есть возможность не ждать, а результат даже лучше…

– Сколько даёт?

– Триста золотом! – выпалила Марчер.