– Тогда вам и карты в руки. Значит, вы – универсал? Знакомы с тяжелой техникой?

– В Академии довелось водить танки, броневики, но специализация – канонир космофлота.

– А как же угодили в ягд-команду?! – непритворно удивились все.

Кривая ухмылка преобразила лицо тевтона:

– Пути Господни неисповедимы. Я единственный уцелел при разгроме форта номер семь полтора года назад.

Молча покивали – о каждой из подобных трагедий знали все.

– Ладно, гауптман. Нам удалось вывести из ангаров четыре «Левиафана». Но с экипажами, а тем паче с командирами этих машин у нас крайне тяжело. Их просто нет. А вы знаете, что специфика управления у наших «малюток» особая. Предлагаю вам занять место вожака одного из них.

– Слушаюсь! Где я могу найти танк и побеседовать с экипажем?

– Они с той стороны причала. Номер машины – девять.

– А что с остальными танками?

– Увы. Обвал повредил орудия, подвеску, двигатели. Они небоеспособны. На месте узнаете в подробностях.

– Ясно. А где Брат Олдржих?

– Командир базы отдыхает. Шутка ли – получил осколок в бок, да еще полтора суток на ногах. Завтра, точнее, уже сегодня утром увидите. И еще, гауптман…

– Да? – Курт замер в дверях палатки, обернулся, вопросительно глядя на фон Дитца. Тот чуть помедлил, потом все же нехотя произнес:

– Похоже, что завтра у нас будет жаркий день. Причальная станция передала, что их атакуют неизвестные корабли невообразимых размеров, затем вся связь с космосом прервалась. А сейчас наши операторы фиксируют множественные объекты на орбите, заходящие на посадку за ближайшим горным хребтом.

– Это в сотне миль от нас. Знакомые места… Понятно, господин командир полка. И… Благодарю за информацию!..

«Левиафан» – тяжелый танк Ордена. Четыре гусеницы. Попарно с каждой стороны. Высокая надстройка, в которой мощное длинноствольное пятнадцатилинейное орудие с автоматической системой заряжания. Массивная толстая броня, с давних времен критерием проверки которой служила пушка собственного носителя. Если она не могла пробить образец бронеплиты, значит, признавалась годной для машины. Мощность двигателя, работающего на литиевой пасте, была практически неограниченна. Неведомо почему, она измерялась в лошадиных силах. Естественно, гипотетически усредненных. Так вот табуна, упрятанного в корме, хватало, чтобы тащить военный агрегат весом под сотню берковцев со скоростью семьдесят лиг в час по самой пересеченной местности. Кроме пушки на танке имелось и несколько других приспособлений для войны: крупнокалиберные пулеметы и пара других штучек, предназначенных для более успешного уничтожения ближнего своего.

Единственный недостаток машины – дороговизна. Орден не мог позволить себе больше четырехсот «Левиафанов» на все государство. Причем почти сотня из них находилась на Фобосе. А в нужный час оказалось в строю всего лишь четыре… Потери среди личного состава и техники оказались неизмеримыми. Неоправданно большими. И это – от ракетного обстрела с бомбежкой! Что же будет, когда в действие вступят сухопутные силы? Армады невидимок, к примеру? Как от них защищаться? Хотя, как понял Вальдхайм, те могут оставаться невидимыми только при полной неподвижности. Если противник начинает шевелиться, в воздухе возникает рябь.

Хорошо, что Курта специально тренировали обращать внимание и фиксировать любые мелочи, а благодаря особым навыкам, которым его обучал по секрету от всех покойный Кугель, юноша оказался способен засечь призрака. Ну а простые солдаты?.