– Господин командующий, гауптман Курт фон Вальдхайм прибыл из разведки. База противника обнаружена. Во время поиска весь личный состав разведгруппы погиб…

Брат, высокий крепкий мужчина, устало отмахнулся.

– Оставьте, господин Вальдхайм. Ни к чему. Сами видите… – Обвел рукой картину полного разгрома. Затем вздохнул, сплюнул какой-то мокрый сгусток на щебень, вытер рот. – Вы хоть уцелели. А ваша ягд-команда… – Опустил голову. – Прямое попадание. Как будто стерли с лица земли!

Курт вздрогнул – как же так?! Да нет, это невероятная ошибка или очень неудачная шутка! Чтобы асы разведки, мастера, которых всего-то двадцать пять человек на всю Новую Тевтонию, и вдруг полегли так глупо и бездарно?! Не верю! Видимо, последние слова он произнес вслух, потому что все вокруг обернулись и взглянули на него. Даже раненые в колясках, и те пошевелились. Олдржих покраснел, но все же сдержался.

– Я понимаю, что вы особые… – подчеркнул последнее слово, – …но это не дает вам права подвергать сомнению слова полноправного Брата Ордена, гауптман!

– Простите, господин командующий! Я не хотел вас обидеть, никоим образом… Но я не могу поверить в столь нелепую гибель таких людей!

Олдржих знаком подозвал одного из стоящих неподалеку рядовых.

– Покажи господину офицеру их казарму.

Кнехт отдал честь, слегка поклонился.

– Прошу следовать за мной, господин гауптман…

– Началось все часов восемь назад. Шла большая туча с севера. Обычная такая. Медленно шла. А когда оказалась над базой, из нее и посыпались… – Рядовой сглотнул. – Бомбы и ракеты. И началось! Я такого никогда не видел, господин офицер. Точно по целям – словно ими управляли. И мощные, просто ужас! Вначале – по казармам, учреждениям, складам. Самые большие. Как рванет одна, так сразу – воронка. Потом – мелочь. Но будто ливень стальной. И рвутся на шарики. В воздухе. Прямо – свинцовый дождь. Кто уцелел, да из укрытий повыскакивал – наповал. Мокрое решето. А под конец – «зажигалки»… Даже дышать тяжело стало. Весь воздух выгорел… А в вашу казарму – самая первая фугаска легла. Там вообще… Стекло.

Они пробирались между развалин, и с каждым шагом Курт понимал, что Брат-командующий его не обманул. Судя по словам кнехта, вообще чудо, что кто-то уцелел.

– Станцию дальней связи – в клочки. На радарных постах даже антенны расплавились…

– А что со складами? – перебил Вальдхайм. Те были спрятаны глубоко под землей, и в принципе могли уцелеть.

– Продуктовые остались. Несколько с техникой. Есть и боеприпасы. Гораздо хуже с топливом и оружием. Личное вооружение и защита хранятся в казармах, как вы знаете. Они-то больше всего и пострадали.

– А орбитальный лифт цел?

– Пока цел. И даже – не сильно пострадал. Словно его специально щадили…

– Слушай. И что, радарная и служба оповещения даже ничего и не заметили? Не было никакого сигнала тревоги, предупреждения?

– Я сам оператор, господин офицер, но признаюсь вам, как на исповеди: экран был абсолютно чист! Клянусь Христом-Спасителем!

– Верю, солдат… Я сам с подобным столкнулся… Ты не поверишь, но… – И замер, проглотив окончание фразы.