— Признаю, я поступил глупо! — сказал он, улыбаясь.

И вновь она кинулась к нему в объятия, осыпая поцелуями его лицо и говоря что-то о том, сколько же пришлось перетерпеть Мак-Кейду. Затем, откинувшись назад, она наморщила нос и спросила:

— Великое Солнце, откуда этот ужасный запах?

Тем временем два морских пехотинца изо всех сил старались не замечать описанную выше сцену, и получалось это плохо. Ну никак не удавались им попытки сохранить на своих лицах выражение суровой невозмутимости! Слегка покраснев, Мак-Кейд осторожно освободился от рук жены и прошел за ней в просторную каюту. Ее внутреннее убранство было проникнуто духом той же элегантности, которую они встретили на катере, что в общем-то было неудивительно, поскольку обоими кораблями командовал Уолтер Свонсон-Пирс.

Когда Уолт вышел из-за стола розового дерева, чтобы пожать руку Рико, Мак-Кейд отметил, что офицер военного флота выглядит безупречно. Натренированное поджарое тело, сидящий как влитой мундир, тщательно уложенные седеющие волосы, четко обозначенная и тщательно рассчитанная улыбка. Он подошел к Мак-Кейду, а когда они обменивались рукопожатиями, Мак-Кейд заметил широкий золотой галун на рукаве черного офицерского мундира и ухмыльнулся.

— Ба-а! — сказал он при этом. — Теперь мы — контр-адмирал! Мои поздравления, Уолт! Контр-адмирал — адмирал, идущий в хвосте колонны! Это чин, который полностью выражает твою сущность. Я полагаю, это — вознаграждение за проведенную работу по уничтожению всех маленьких секретов Планеты Войны?

Свонсон-Пирс не обратил внимания на насмешку. Вместо этого он тщательно осмотрел Мак-Кейда с головы до ног, задерживаясь взглядом то тут, то там, как если бы он пересчитывал пятна крови на термокостюме колониста.

— Что ж, благодарю тебя, Сэм, думаю, что тут ты прав! Успешное решение данной проблемы, несомненно, сыграло свою роль в моем продвижении по службе. Очень любезно с твоей стороны было помочь мне в этом. Кстати, я вижу, ты остаешься верен своему стилю в одежде, хотя, пожалуй, нет — сегодня ты выглядишь даже хуже обычного.

Рико и Сара переглянулись и пожали плечами. Все это они уже не раз наблюдали и раньше. Надо было просто немного подождать. Они сели поудобнее в креслах, при этом Рико заранее ухмылялся, а Сара неодобрительно хмурилась.

— Итак, — произнес Мак-Кейд, также заняв место в кресле и задрав ноги в облепленных грязью сапогах на полированную крышку адмиральского рабочего стола, — что привело могучий Имперский флот в такую безнадежную глушь, да еще у самой границы? Желание пошататься по трущобам?

Свонсон-Пирс, обходя вокруг стола, старался не замечать сапоги Мак-Кейда.

— Отнюдь, — ровным тоном ответил он. — На самом деле мы выполняем некоторое задание. — Он сделал неопределенный жест рукой. — Я просто подумал, что было бы неплохо навестить старых друзей.

Мак-Кейд недоверчиво хмыкнул.

— Давай серьезно, Уолт! У тебя никогда не было друзей. Нельзя быть твоим другом, не став врагом самому себе.

Делая вид, что не замечает неодобрительного взгляда Сары, он вытащил измятую сигару, раскурил ее и продолжил:

— Кроме того, ты и десяти футов лишних не пройдешь, даже чтобы с родной матерью встретиться!

Свонсон-Пирс покачал головой, выражая показную озабоченность и говоря при этом:

— Похоже, что жизнь на Алисе никак не улучшила твой характер, Сэм. Печально, очень печально! Не знаю, как ты это и выдерживаешь, Сара. Ты заслуживаешь лучшей участи! Однако, — добавил он все тем же легкомысленным тоном, — признаю, что есть кое-какие дела, о которых я бы хотел с тобой поговорить.