— Что тебя направят скомпрометировать меня? — уточнил я. — Не поверишь, но об этом догадалась Дарья. Моя сестрёнка вообще очень умная. Правда, вкус на парней у неё не слишком хороший.

Смирнова позволила себе улыбку и, остановившись, вновь положила руки мне на плечи.

— Рядом с красавицей, Ярослав, — проговорила она, — всегда должно быть чудовище.

И, пока я не воспрепятствовал, она коснулась моих губ своими. Крепко, с готовностью перевести всё в более глубокий поцелуй, но отстранилась, поняв, что я совершенно не шевелюсь.

— Спасибо тебе, — прошептала она. — Я не забуду, что ты спас меня от Семёна и его интриг. Правда.

Я кивнул и повёл её в залу дальше.

Конфликт исчерпан, победа достигнута. Смирновы больше не угрожают Князевым, так что можно забыть о том, что я ни на миг не поверил, будто Семён выступил инициатором плана.

Нет, сын Смирновых слишком тупой и эмоциональный, чтобы плести интриги. А вот Полина… Ей как раз очень подходит роль серого кардинала, дёргающего за ниточки, чтобы заставить брата плясать под свою дудку.

Впрочем, если она попытается сделать что-то ещё, Смирновых ведь может и не стать.

* * *

Кремль, рабочий кабинет государя.

— Ваше императорское величество, — с поклоном произнёс начальник государственной безопасности, — вы велели докладывать по Князеву.

Государь приподнял бровь и отодвинул в сторону документы, лежавшие перед ним на столе.

— Так-так, и что же он такого любопытного умудрился сотворить? — с лёгким ехидством поинтересовался он.

— По сообщению осведомителей, он прибыл на приём к Смирновым, где его попыталась соблазнить Полина Тихоновна, — заговорил подчинённый. — Нам даже предоставили копию записи с установленных в беседке, где всё происходило, камер. А потом туда же заявился Семён Тихонович, наследник рода.

— И?

— И Смирнов лишился конечности, после чего сбежал. А его сестра разошлась с Князевым без претензий, — сократил историю начальник государственной безопасности. — Записи, стенограммы разговоров — у меня с собой.

Император не спешил воспользоваться флешкой, которую тот положил на столешницу. Вместо этого хмыкнул.

— Высоцкий предупреждал, что парень крайне резкий, — заговорил он. — И я даже несколько занимательных роликов посмотрел с удовольствием. Я так понимаю, Семёна он наказал за то, что тот хотел подложить сестру под Князева?

— Если исходить из данных осведомителей, ваше императорское величество, — покачал головой подчинённый, — за всем как раз и стояла Полина Тихоновна. Да и наследник там ведомый в их паре, всегда таким был.

— Смирновы будут требовать виру?

— Нет, у Князева компромат, — опроверг предположение начальник государственной безопасности. — Будут рыпаться, и репутация рода сольётся в трубу. А у них и так дела ни шатко ни валко. Ходят слухи, они скоро начнут распродавать имущество.

Государь усмехнулся.

— Молодец, парень, он мне нравится, — заявил он. — Пожалуй, такому самое место в наших планах на будущее. Что скажешь, Борис Емельянович?

Тот скривился, но всё же заговорил.

— При всём уважении, ваше императорское величество, но все мои аналитики сходятся в том, что участие Князева в дальнейших мероприятиях только навредит. Он совершенно не умеет вести дела дипломатическим путём. Силовое решение вопросов — это то, для чего он создан природой. Фамильный нрав, холодный расчёт и жестокость. Он и Смирнова-то покалечил исключительно по той причине, что вред в адрес Полины Тихоновны не встретил бы одобрения в обществе.

Государь откинулся на спинку своего кресла.

— Языками чесать у нас есть кому, — произнёс он.