— Я хочу, чтобы ты находился здесь, в резиденции, до тех пор пока виновный не будет найден.

Он выслушал в трубке ответ Маркуса.

— Если ты настаиваешь. Но мне это не нравится. Ничего не понимаю. Да, ты прав. Если бы парень хотел тебя прикончить, мне кажется, ты был бы уже на том свете. Выходит, это предупреждение. Но какое? О чем? Коко сказала мне, что обедает сегодня с девушкой, которую она встретила вчера. Расскажи ей все, что тебе удастся вспомнить или разузнать.

Он послушал еще немного, затем повесил трубку.

— Странно, — проговорил Доминик и снова растянулся на животе.

— Что странно? — спросила Коко, втирая в ладони немного кокосового масла.

— Девушка, с которой ты договорилась пообедать, была вчера вечером на пляже вместе с Маркусом и спасла ему жизнь, закрыв его своим телом.

— Господи!

— Да, вот так. О, посильнее, Коко.

— Я тут думала, Доминик. Эта «Вирсавия»… тебе удалось что-нибудь выяснить?

— Пока нет, но не волнуйся, дорогая. Правое плечо немного онемело. Что ты со мной сделала вчера ночью?

— Ты же сам хотел этого, Дом. Мне даже показалось, что тебе понравилось.

— Если бы только мне повезло, как Рокфеллеру, — проговорил Доминик, — когда дни мои будут сочтены.

— Никогда не говори так, даже в шутку. Доминик на секунду приподнялся на локте и внимательно взглянул на Коко:

— С тобой сегодня все в порядке? Ты какая-то бледная.

— Все хорошо, — проговорила Коко поспешно, затем улыбнулась и провела кончиками пальцев по щеке Доминика. Кожа его была на удивление упругой. — Я в порядке. Просто немного волнуюсь.

Он поймал ее пальцы и поцеловал их все, один за другим.

До них донеслись голоса — мужчина и женщина приближались к тренажерному залу. Коко подняла глаза и увидела входящих Делорио и Паулу. Доминик отпустил ее пальцы, продолжая лежать на животе.

— Я слышал, на курорте произошла заварушка, — проговорил Делорио. — Кто-то пытался застрелить Маркуса.

— Да, — ответил Доминик, — но с ним все в порядке, его спасла женщина.

Делорио был одет в теннисные шорты, белую майку и кроссовки. Образ идеального спортсмена нарушали только угрюмый рот, золотая цепь на шее и безумно дорогой «Ролекс» на запястье. Коко всегда пыталась представить себе, какой была первая жена Доминика. Она видела несколько стертых от времени фотографий, но портретов не было и в помине, и вообще Доминик не хранил ничего, что напоминало бы о жене. Ничего, кроме Делорио, у которого были темные глаза итальянца и черные волосы, уже слегка поредевшие на макушке. Природа не наделила Делорио тем аристократическим сложением, которое было у отца. Он был ниже и более плотный: своей комплекцией он скорее напоминал портового грузчика, чем сына богатого человека. Его ляжки в белых теннисных шортах были толстыми и очень волосатыми.

— Меркел спрашивал, можно ли ему пойти вместе с Коко, — обратился Делорио к отцу. — Он хочет разведать обстановку, поговорить с Хэнком, посмотреть, удалось ли что-то выяснить.

— Он рассказал тебе, что случилось с Маркусом?

— Ага. Ты же знаешь, у него шпионы повсюду.

— Передай ему, пусть идет, если хочет.

— А кто эта женщина?

— Ее имя Рафаэлла Холланд, — вмешалась Коко. — Я вчера с ней познакомилась, и она хочет пообедать со мной. — Коко пожала плечами. — Возможно, просто гоняется за знаменитостями.

— Может, я пойду с тобой? — спросила Паула, выглядывая из-за плеча мужа.