— Товарищи, вам пейзаж тамбура не надоел? — улыбнулся им ввалившийся Саша. — Я думал, вы от поезда отстали. Вышли на полустанке и провалились.

Подкурил папиросу.

— Заболтались, — смутилась Лена, будто застали ее за чем-то нехорошим. А подумать — ну и что, что она стоит с лейтенантом, разговаривает с ним. Ничего же в этом такого нет, ничего…

— Так и понял, — засмеялся Дроздов, хитро глянув на друга.

Не понравился Лене его взгляд, занозистым показался.

— Я пойду.

— Ага. Надя уже искать тебя собралась. Успокой подругу.

— Правда?

— Правда.

Лена обрадовалась, приняв переживание подруги за окончание ссоры и, поспешила к ней в купе. Николай проводил ее тоскливым взглядом и достал папиросу.

— Попал, — прищурился Саня на него.

"Пропал", — признался себе, а другу бросил:

— Нет.

— Значит мираж у меня перед глазами.

— Значит.

— Угу. Кто-то меня пилил — не шали, — засмеялся, понимающе покосившись на мужчину. — Если честно, то девочка правильная, хорошенькая, внимания стоит. Один минус — соплива.

"Я бы еще один добавил — брата ее".

— Жирный прочерк, Саня.

— А жаль, да? — опять покосился на Николая. — Адресок возьми, всякое бывает. Кто знает, может для тебя эта березка и подрастает. Пару лет и ясно станет.

— К чему эти пару лет. Сейчас все ясно, — не сдержал вздоха. — Завтра конечная. Им налево, нам направо.

— А сколько грусти в голосе? Ой, Коля! Неужели всерьез втрескался в комсомолочку?

— Заканчивай хохмить. Тема закрыта, — отрезал задетый мужчина. Не понравился ему ни тон друга, ни взгляд, ни слова. И думать над ними не хотелось.

— Я серьезно. Вьешься вокруг нее как вьюн. Между прочим, она не против. Все глаза об тебя промозолила. Но да дело твое, — заметив предостерегающий взгляд друга, поспешил уйти в сторону мужчина. — Может, в вагон-ресторан сходим?

— Поздно уже. Закрыто.

Дроздов глянул на наручные часы и поморщился:

— Да уж. А спать совсем не хочется. Тогда предлагаю партию в шахматы. Соседка из двадцать пятого еще не спит, у нее шахматы есть, я видел. Попросим?

— Почему нет. Только где играть будем? Девочкам свет помешает.

— Не думаю. Они пока спать не собираются.

— Ладно.

Мужчины выкинули окурки пошли в вагон.

Глава 4

Последнюю ночь не хотелось тратить на сон, и девушки решили сидеть до упора, до самого утра, до самой конечной, протянуть общение с лейтенантами, которых возможно, завтра уже не увидят. Расстанутся на перроне и разойдутся. Память только и останется.

Надя с тоской поглядывала на Александра и надсадно выдавливала смех над его шуточками. Лена и Николай переглядывались молча. Она ждала и надеялась, что он сделает шаг навстречу, что-нибудь скажет, даря надежду.

Он уверял себя, что ничего у них не может быть, не будет. И эта встреча, пять дней в одном купе забудутся.

Да и было разве что, есть? Понравились, сблизились, подружились? Что с того?

Десять лет разницы. Десять!

Не поставит он точку сам — ее брат поставит. Уже сегодня. Или она — завтра, забыв, вычеркнув то, что могло быть, но не случилось, не сбылось. Да и не могло.

— Мат, — заявил, в пятый раз обыграв друга.