Он никогда, кажется, так не боялся. Каждое мгновение он ждал, что вода кончится и он вырвется на воздух. Но туннелю не было конца. Туннель был слишком узким, чтобы плыть, и Майкл мог только отталкиваться руками от стен. Каждый раз, как он делал рывок вперед, его голова поднималась и касалась потолка. Легкие разрывались. Еще секунда — и он не выдержит. А когда он сделает вдох, то захлебнется и утонет. Еще толчок. По-прежнему твердый каменный потолок. Изо рта вырвалось несколько пузырьков воздуха. Толчок. Опять потолок. Грудь генерала, перед глазами стояла кровавая пелена. За ней он различал очертания пирамиды, черной пирамиды. Еще толчок. Голова ударилась о камень. Конец близко. Майкл оттолкнулся. Камня над головой не было. Туннель кончился. Секунду-другую он всплывал, и они казались вечностью. И затем — воздух, первый торопливый глоток кислорода. Воздух был таким сладким, что Майкл прослезился.

Он включил фонарик и увидел, что плавает в десятиметровом пространстве на дне глубокого колодца. Рядом с ним поднималась лестница. В нескольких футах над головой была металлическая решетка. Не стоило тратить время на то, чтобы проверить, что ждет наверху лестницы.

Сделав глубокий вдох, он спустился на дно колодца и три раза потянул за веревку. С той стороны веревку дернули в ответ. Очевидно, Айше готовила Фадву. Майкл вынырнул, снова набрал в легкие воздуха и опять спустился. Веревка снова дернулась. Майкл тащил Фадву к себе, как рыбак, вытягивающий из воды добычу. Она прошла туннель, ни за что не зацепившись. Майкл подхватил ее и вытащил на воздух. Девочка наглоталась воды и к тому времени, как он поставил ее на лестницу, уже задыхалась.

Майкл дал ей отдохнуть, затем помог подняться на площадку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, но девочка не ответила.

Нельзя было терять времени. Майкл снова нырнул, прихватив с собой веревку, и протиснулся в туннель. В какой-то ужасный момент его комбинезон зацепился за выступ на потолке. Но затем ткань порвалась, и он снова был свободен.

Айше стояла, держа Бутроса, по колено в воде. Майкл отдыхал, пока Айше обвязывала Бутроса веревкой.

— Я боюсь, Майкл, — прошептала она. — Я не знаю, сможет ли он надолго задержать дыхание. Морфий подействовал на него сильнее, чем я ожидала.

— Чтобы проплыть по туннелю, нужно двадцать секунд, максимум двадцать пять.

Он обратился к Бутросу:

— Ты можешь держаться за веревку одной рукой, пока я буду тебя тянуть?

Бутрос кивнул, но Майкл видел, что он не совсем осознает происходящее.

— На этот раз поплыву я, — заявила Айше.

— Я лучше знаю туннель. И все равно мне нужно возвращаться.

Она покачала головой:

— Тебе нужно время, чтобы отдышаться. Я знаю, что на другой стороне есть воздух, и этого мне достаточно.

— Ты не...

— Ради бога, не спорь. Так надежнее. Оставайся здесь.

Не дожидаясь дальнейших возражений, она нырнула. Майкл ждал. Сейчас, когда первая эйфория прошла, он почувствовал, что воздух в туннеле становится спертым. Он знал, что в канализации скапливаются ядовитые газы. Какая будет насмешка судьбы, если после всего, через что им пришлось пройти, они задохнутся здесь!

Он говорил с Бутросом, стараясь не дать ему заснуть.

Майкл поглядел на часы. Прошло уже больше трех минут. Он не отрываясь смотрел на веревку, ожидая, когда она натянется. Каждый раз, как течение поднимало ее, он думал, что это Айше сигнализирует о своей готовности. Но всякий раз веревка вяло опадала. Уже четыре минуты. Что-то не в порядке. Он подождет еще минуту, затем придется нырять.

Веревка дернулась. Раз, другой, третий. Майкл встал у отверстия туннеля с Бутросом, помогая ему собраться. Сильные подводные потоки пытались сбить их с ног.