Взвизгнул рельсотрон.

Вылетевший снаряд угодил прямо в бронированный лоб гигантского рака. Но, похоже, это ему никак не навредило. Он весь был закован в толстую, предположительно, хитиновую броню.

Издав какой-то громкий стрекочуще-щипящий звук, рак медленно пополз вперед, глядя точно на нас.

Заработал пулемет, но куда бы ни попадали пули, эффекта не было.

Одновременно я выпустил последнюю ракету. Она взорвалась почти у самой морды. Но рак только качнул головой, на мгновение замер, затем снова пополз вперед, словно это была рождественская хлопушка.

— С-ска! Его ничего не берет! — в отчаянии выдохнул Барнс, оттолкнув тело пулемета.

До города было недалеко, чуть меньше километра.

Уже отсюда были видны ворота и высокая стена. Раттлер вел «Джаггера» прямо к инженерному городку. Возможно, только там мы и сможем укрыться от непробиваемого противника.

Снова вспышка. Второй сгусток полетел нам вдогонку, но майор, контролирующий обстановку с тыла, резко навалился всем весом на руль и сломав его, кое-как сумел бросить джип влево. Сгусток пронесся мимо всего в полутора метрах от нас. Я сумел разглядеть длинные, вытянутые частицы неизвестной энергии. Они переплетались друг с другом, пульсировали. Все было как в замедленной съемке.

Впереди глухо хлопнуло. Транспорт слегка качнуло от взрывной волны. Снова взвился песок, объятый молниями и дымом.

— Оба рельсотрона огонь по готовности! — заорал Раттлер, кое-как удерживая то, что еще несколько секунд назад было рулем.

Ферт и Барнс выстрелили одновременно. Два снаряда угодили точно в цель. Один под брюхо, второй в одну из конечностей, с которых и слетали эти ярко-зеленые сгустки.

Кажется, мы начали отрываться — дальше пошел ровный участок земли, почти свободный от наносов песка и камней.

Но не успели мы обрадоваться, как машина резко дернулась, через секунду еще раз. Резко упала скорость, но само движение не прекратилось.

— С-сволочь! — майор с силой долбанул кулаком по приборной панели, проломив ее. — Топлива больше нет.

Скорость быстро падала, а движок почти не реагировал на попытки Раттлера проползти еще немного.

— Все. Валим из джипа. — Барнс соскочил первым, не удержался и припал на колено.

За ним эвакуировался майор, медик и в последнюю очередь я.

Рак медленно, но неотвратимо приближался. Он отталкивался своими закованными в хитин лапами, шелестел, скрипел броней.

Джип проехал еще метров тридцать и заглох.

— Че встали? Бегом к воротам!

И мы побежали. Скорость движения была смехотворной, рак двигался куда быстрее. Не пройдет и двух минут, как он догонит и сожрет одного за другим.

— Не добежим! — я покачал головой, быстро просчитав скорость и расстояние.

— Барнс, мины есть? — спросил Раттлер, тяжело дыша. Прожженный шлем он одел обратно, но толку от него было немного. Кислорода не хватало.

— Одна, — выдохнул тот.

— Ставь! Прямо тут.

Сержант перебросил мне рельсотрон, а сам остановился и оглянулся, одновременно снимая со спины аварийный рюкзак. У «Палладинов» он был побольше.

Быстро выудил черную круглую шайбу, что-то пощелкал на ней, затем бросил ее на песок.

— Все, ходу!

Снова бросились бежать. Ноги вязли в песке, стекла бронешлемов, из-за нарушенной герметичности начали запотевать.

Сзади загромыхало. Рак добрался до «Джаггера», смял его своим весом, словно картонную коробку. Затем отшвырнул обломки — только колеса покатились во все стороны. Чудовищный монстр издал жуткий стрекочущий звук и снова пополз дальше.

До ворот оставалось всего полкилометра, но не это было самое страшное. Напрягало то, что они были закрыты. Наглухо.