Другой рукой Квери уже доставал сотовый телефон и одним пальцем набирал номер.

Хоффман развернулся на каблуках и зашагал в противоположном направлении. В коридоре никого не было. Он заглянул за угол и проверил, нет ли кого-нибудь на общей кухне с кофейным автоматом, микроволновой печью и холодильником, — пусто. Дверь кабинета Джулона, находящегося в нескольких шагах, была закрыта, его секретарша куда-то ушла. Хоффман постучал и, не дожидаясь ответа, вошел.

Казалось, он застал подростков, которые смотрели порнографию на родительском компьютере. Джулон, ван дер Зил и Раджамани отпрянули от монитора, а Джулон сразу щелкнул мышкой, чтобы сменить изображение.

— Мы проверяем текущее состояние валютного рынка, Алекс, — сказал ван дер Зил. У голландца были своеобразные черты лица — он походил на умную, но печальную горгулью.

— И?

— Евро падает относительно доллара.

— Именно такое развитие событий мы и предвидели. — Хоффман распахнул дверь пошире. — Не стану вас задерживать.

— Алекс… — начал Раджамани.

— Я хочу поговорить с Эл-Джи — наедине, — перебил его Александр. Пока они уходили, он смотрел перед собой. Когда дверь за Раджамани и голландцем закрылась, Хоффман сказал: — Так ты сказал, что номер счета из нашей системы?

— Он появлялся у нас дважды.

— Значит, он наш, и мы им пользовались в нашем бизнесе?

— Нет. — На гладком лбу Джулона появились глубокие морщины. — На самом деле я решил, что этот счет зарезервирован для вашего личного использования.

— Почему?

— Потому что вы попросили отдел обработки документации перевести на него сорок два миллиона долларов.

Хоффман пристально посмотрел на Джулона, чтобы понять, не шутит ли он. Квери всегда высоко ценил этого человека, но добавлял, что он начисто лишен чувства юмора.

— И когда я потребовал сделать такой перевод?

— Одиннадцать месяцев назад. Я только что послал вам оригинал электронного письма, чтобы напомнить.

— Ладно, спасибо. Проверю. Вы сказали, что переводов было два?

— Именно так. В прошлом месяце деньги вернулись, с процентами.

— И ты мне ничего не сказал?

— Нет, Алекс, — спокойно ответил китаец. — Зачем? Как вы сами сказали, это ваша компания.

— Да, конечно. Спасибо, Эл-Джи.

— Никаких проблем.

Хоффман повернулся к двери.

— А ты ничего не говорил об этом Гане и Питеру?

— Нет. — Джулон посмотрел на шефа широко раскрытыми невинными глазами.

Александр поспешно возвратился в свой кабинет. Сорок два миллиона долларов? Он был совершенно уверен, что никогда не требовал перевести такую сумму. Он не мог забыть! Должно быть, это мошенничество. Хоффман прошел мимо Мари-Клод, которая что-то печатала за своим письменным столом перед входом в его кабинет, и сразу направился к компьютеру. Открыв почту, он увидел собственную инструкцию по переводу 42032127,88 долларов в «Ройял Кайман бэнк лимитед», датированную семнадцатым июня прошлого года. А сразу же под ней имелось уведомление от банка хедж-фонда о возврате на тот же счет 43188037,09, датированное третьим апреля текущего года.

Хоффман устно сделал подсчеты.