Джек напомнил себе, с какой целью приехал в Рим, и направился в агентство. Еще в Чикаго он связался с итальянским сыскным агентством, чтобы они выяснили местонахождение Натали Ширер. Их офис располагался в районе Сан-Джованни. Он остановил такси. Из всего персонала офиса, занимавшего третий этаж современного дома, присутствовала одна Джина, миниатюрная молодая женщина в очках с толстой оправой. Она выглядела лет на тринадцать, не старше, но помадой пользовалась просто-таки кровавой. Джек назвал себя, и она мгновенно вспомнила его дело. Набрала несколько строк на клавиатуре компьютера и сделала для него распечатку.

— У нас есть для вас ее адрес. Мы его проверили. Лицо, которое вы ищете, живет здесь.

Это оказалось довольно просто, но впоследствии Джек узнал, что розыск человека обычно дело легкое. Он покосился на адрес.

— Это в Трастевере, — услужливо сказала молодая женщина. — На западном берегу. Можем мы вам быть еще чем-то полезны, мистер Шемберс?

— Нет, — ответил Джек, но потом передумал. Английским она владела очень хорошо, хотя и исковеркала его фамилию. Он достал бумажник и извлек из него газетную вырезку, найденную при поисках салфеток, — Вообще-то, есть одна вещь. Не могли бы вы это перевести?

Она взяла у него вырезку.

— Хотите получить перевод в письменном виде?

— Нет. Просто скажите, о чем там речь.

Она пожала плечами, прочитала заметку до конца и сказала:

— Ну, эта девушка на фотографии была художницей. Лепить?

— Скульптором?

— Si. Скульптором. И она покончила с собой. Анна Мария Аккурсо. Почему — неизвестно. Это было таинственно, потому что она заработала много призов. И она не оставила никаких сведений, почему так сделала. Она совершила это шестнадцатого февраля, ровно в полночь, о чем им известно. И они спрашивают почему, но ответа у них нет. Ей было двадцать три года, и она жила тоже в Трастевере. — Джина сняла очки и подняла на него симпатичные карие глаза. — По-моему, очень печальная история.

— Да. Да. Очень печальная! Вы оказали мне огромную услугу. — Он достал кредитную карточку. — Могу я сразу и расплатиться, пока я здесь?

Она снова пожала плечами, коснулась нескольких клавиш изящными накрашенными ноготками, и из принтера выскользнул готовый счет. Джек взглянул на него и сказал:

— Вы не включили переводческие услуги, — На что она лишь повела рукой во вневременном римском жесте. — Еще раз благодарю вас.

— Пожалуйста. Обращайтесь, если опять понадобится наша помощь.

— Непременно.

Он вышел на улицу, отчаянно пытаясь припомнить имя того исчезнувшего молодого чикагского художника. Чедберн, Николас Чедберн? Попробовал вспомнить и дату его внезапного исчезновения. Он взял себе на заметку спросить об этом Луизу; но сперва нужно было увидеть Натали Ширер.

12

Джек пересек мост Гарибальди. Выстрел пушки на холме отметил наступление полдня. Указанный в адресе дом он нашел близ виале Трастевере, на узкой улочке между других таких же черно-серых строений. Несло гнилой вонью сырости. Старуха выставилась в окно среди зимних горшков с геранью и, жуя щеки, смотрела, как он подходит ближе. В другом окне висело белье, не шевелясь в неподвижном воздухе. Трели невидимой канарейки в клетке отскакивали от кирпичных стен.

Он остановился в глубине арки у громадной двери, древние доски которой были покрыты плесенью и трещинами, лепрозно-зеленая краска пузырилась и шелушилась. Вертикальный ряд кнопок звонков без номеров квартир. Джек нажал на верхнюю и подождал. Старуха в окне смотрела на него, все так же жуя щеки.