Что же касается моего новоприобретённого оружия, оно перед выходом из лабиринта вдруг обвилось вокруг левой руки, как живое, и превратилось в татуировку змеи, спиралью окружавшей предплечье от локтя до кисти. К счастью, подобное превращение, хоть и стало сюрпризом, но прошло безболезненно. Я откуда-то знал, что в любой миг могу «оживить» татуировку и вновь превратить её в кнут. Очень удобно для скрытого ношения оружия.

Стражники, конечно, прифигели, завидев живого и здорового меня, вышедшего из «Чёрного квартала», будто после увеселительной прогулки. Ага. Щас! До сих пор с содроганием вспоминаю раскрытую пасть ламии над моей головой… Ну а дальше началась суматоха, веселуха и праздник в мою честь. Герой! Да какой из меня герой, если я попал на обед к змеедеве случайно и вовсе не собирался очищать «Чёрный квартал»? У героев мозги иначе устроены. Они все из себя такие правильные, добрые, честные и пушистые. А я очень далёк от подобного образа.

Начальник стражи, отвечавший за безопасность районов вокруг проклятого лабиринта, пригласил принять участие в его мини-оргии. Наверно, я бы согласился. Хотя почему «наверно»? Точно согласился бы. Уж больно аппетитными были девушки, вившиеся вокруг жирдяя Фагара. Но не сложилось. Заявились «добрые» маги. Принялись расспрашивать об увиденном в «Чёрном квартале»; о том, что за тварь там встретил, и как мне удалось выжить. Затем они вежливо, но настойчиво, давая понять, что отказ неприемлем, пригласили в гости в свою обитель…

Мы замерли у двери.

— Чего мы ждём?

— Выходить пока нельзя, — ответил хмырь, почесав указательным пальцем шрам на носу. — Снаружи засада.

Час от часу не легче! Какая на хрен засада?

— На кого?

— А я знаю? — мой спаситель скрипнул зубами.

— И что нам делать?

— Ждать.

Хмырь вдел факел в держатель на стене и устроился на скамье возле двери, на которой раньше сидел хромой и здоровенный привратник. Кстати, где он? Его хмурая и недовольная физиономия говорила: «со мной шутки плохи». Вряд ли мой худоватый и долговязый спаситель смог уделать этого бугая. Хотя хрен его знает, какие у хмыря способности.

Делать нечего. Я опустился на скамью и тяжело вздохнул, погрузившись в недавние воспоминания…

— Что ж, ты нарушил наши планы, — старший среди шестёрки магов по имени Ильрах провёл кончиками пальцев по татуировке змеи, обвивавшей моё левое предплечье. Я невольно дёрнулся от ледяного прикосновения, но без толку — цепи крепко держали меня на столе. — Не понимаю, как ты взял власть над викарой…

— Что за викара? — огрызнулся я, вновь попробовав цепи на прочность.

— Демон… получеловек-полузмея.

Значит, викара — демон. Запомню. Хотя зачем мне это, если смерть всего в шаге от меня? И всё вот так и закончится? На этом холодном каменном столе? А как же обещание, данное родителям?

— Я уже рассказал всё, что знаю, — я тянул время. Но чем мне это поможет? И поможет ли?

— Не думаю, — Ильрах уставился на меня зелёными зрачками, так похожими на змеиные. Этот взгляд не обещал ничего хорошего. — Ни один смертный не устоит перед чарами викары. А о том, чтобы подчинить её, и речи быть не может. Ты что-то скрываешь, Шаин. И я должен понять, что именно, прежде чем предстану перед господином Аргалом.

Аргал! Это имя! Во мне будто что-то взорвалось, и из глубин души поднялись волны непонятной ненависти. Я рванулся изо всех сил так, что звенья цепи заскрипели.