— Рост, там же ремонт идёт полным ходом, — сообщила мне девушка неожиданную новость. — Неужели ты думаешь, что при наших финансовых возможностях я упустила бы такую возможность? Крышу уже накрыли, окна поставили, сейчас ведутся отделочные работы.

Охренеть!

Похоже, я не ошибся с управляющим.

— Варя, солнце моё… Знаешь, что ты лучшая?

Девушка на том конце провода звонко рассмеялась:

— Конечно, знаю! Но услышать это от тебя приятно.

— Береги себя, ни во что влезай. Я скоро буду.

— Пока-пока!

Короткие гудки стали закономерным итогом нашего разговора.

Вызывая такси, я думал о том, что жизнь налаживается. Мне есть куда возвращаться, и я уже начал считать Землю вторым домом. Не просто Землю, а эту страну. И эту губернию. В смысле, Туровскую. Генетическая память, что ли?

* * *

Москва, ресторан Шуховской телебашни

В тот же день

Мужчина в дорогом костюме несколько минут задумчиво рассматривал заснеженную Москву. Со стороны могло показаться, что он выпал из реальности. Но упаси Древние было нарушить течение мыслей этого человека глупым комментарием или вопросом. За подобную вольность можно было и жизнью поплатиться.

Слуга, принёсший телеграмму, ждал.

Второй мужчина, более молодой и подтянутый, тоже ждал.

Наконец, губы аристократа зашевелились:

— Значит, он вернулся из Пустоши. С карателями. И ему покровительствует Бронислав… Ну-ну. Поворот не в нашу пользу, но сюжет становится интересным.

Лёгкое движение руки — и слуга испаряется.

Мужчины, сидевшие за столиком в приватной комнате ресторана «Небеса», явно были благородного происхождения. Первый постарше: солидный, представительный, привыкший повелевать. С усами и бородой, олицетворение русских традиций и устоев. Рядом с тарелкой у этого человека лежали раскрытый блокнот в кожаной обложке и серьёзная, явно сделанная на заказ, ручка. Да и сам аристо был человеком эксклюзивным. Такие стригутся у персонального парикмахера, шьют одежду у личного портного, летают по делам в собственном самолёте. Или дирижабле.

Собеседник пожилого аристо был гораздо моложе. Лет тридцать, или около того. Спокойный, жёсткий, собранный. Предельно внимательный и настороженный. Блондин с короткой стрижкой и родовым перстнем на безымянном пальце. Под столом виднелась рукоять меча, пристёгнутого к поясу молодого дворянина. Его старший товарищ видимого оружия не носил.

Ресторан медленно вращался вокруг своей оси, позволяя насладиться панорамой мегаполиса.

— Что имеем, друг мой? — изрёк старший мужчина, придвинув к себе блокнот. — Задачи по Туровскому проекту не выполнены. Немец со своими функциями не справляется, и мы вынуждены держать его про запас. Сами мы не в состоянии разработать нужную стратегию. И вот, наследник слабого захолустного Рода начинает делать карьеру инквизитора. Очень бодро начинает. Есть идеи?

Молодой человек сглотнул.

И заговорил, тщательно обдумывая каждое слово:

— Мы хотим заполучить шахту, которой управляет Володкевич. Но мы не можем напасть открыто, потому что он — инквизитор. При этом мы понимаем, что шахта нигде не задекларирована и формально её нет. Что если… постараться вычислить координаты объекта в Пустоши? Найдём шахту, захватим — никто и слова не скажет. Потому что Володкевич добывает крем нелегально.

Лицо пожилого аристократа расплылось в улыбке.

— Браво, Александр. Продолжай.

— Шахта не может работать сама по себе. Кто-то вывозит крем, договаривается с поставщиками, снабжает наёмников провизией, медикаментами, оружием и боеприпасами. Топливом, наконец. Отыщем снабженца, прижмём его. И снарядим рейдерскую экспедицию в Пустошь.

Пожилой аристократ, продолжая улыбаться, сделал несколько пометок в блокноте.