— Можешь осмотреть другие две спальни, потом выбери, какую хочешь, — сказал он, открывая ближайшую к себе дверь. Комната в желтых и зеленых тонах выглядела несколько более женственной, чем две другие.

— Эта годится, — оглядываясь по сторонам, сказала Элисса. Она подошла к застекленным створчатым дверям и увидела внутренний дворик и пруд. — Тут красиво, и у тебя прекрасный дом, Кейлеб. Должно быть, тебе очень нравится здесь жить.

— Спасибо. — Он поставил ее чемодан на кровать и подошел к ней. — Здешняя местность посложнее, чем в Теннесси, но я привыкаю к ней. — Он не сказал ей, что этот особняк сильно отличается от скромного дома на ферме, где он вырос.

— Мне хотелось бы узнать, где ты жил раньше. Я никогда не была восточнее Миссисипи, но слышала, что южные штаты очень красивы.

— Да. Горы покрыты деревьями, и все утопает в зелени. Здесь так же красиво, но по-другому. — Не подумав, он обнял ее обеими руками за талию и прижал к себе. — Я хотел бы когда-нибудь показать тебе восточные горы.

Он услышал, как она вдохнула, потом повернулась к нему лицом.

— Кейлеб, что мы делаем?

Глядя на нее, он спросил себя о том же. Именно от таких женщин он когда-то поклялся держаться, как можно дальше. И все-таки в Элиссе Джейн Меррик было что-то, перед чем, он не мог устоять. Ему хотелось показать ей, где он вырос, хотелось, чтобы она узнала, кто он и почему стал именно таким. И еще хотелось знать все о ее детстве и юности.

Кейлеб внезапно понял, что должен остаться наедине и понять, что с ним происходит. Он поцеловал ее в лоб, разжал объятия и направился к двери.

— Разложи вещи, освежись, а я пока найду что-нибудь на ужин.

Элисса смотрела ему вслед. Она тяжело вздохнула. От нее не укрылось, что он не стал отвечать на ее вопрос. Неужели его так же, как и ее, выбивает из колеи то, что происходит между ними? Что же такое между ними?

Она мало разбиралась в сердечных делах, но было ясно, что они чувствуют взаимное влечение. Они не могли пробыть в одной комнате более пяти минут, не оказавшись, в объятиях друг друга.

Почему из-за Кейлеба Уокера она забыла урок, который получила пять лет назад от такого же мужчины, как он? Неужели она испытала недостаточное унижение, когда узнала, что мужчины не прочь использовать женщин, чтобы достичь своих целей или добиться успеха в карьере?

Сидя на краю кровати, она думала о Уэсли Пеннингтоне, мужчине, который открыл ей, каким ожесточенным может оказаться деловой мир и на что пойдут некоторые мужчины, лишь бы добиться успеха. Она потеряла голову от красивого и обаятельного Уэсли примерно через год после того, как они оба начали работать в престижной финансовой группе «Карсон, Готтлиб и Хауэлл». И до самого конца их шестинедельного романа она не подозревала, что он использовал ее, чтобы получить информацию о потенциальном клиенте.

Но, сравнивая Кейлеба с пронырой Уэсли, она должна была признать, что сходства очень мало, если оно вообще есть. Уэсли не надел бы джинсы и ботинки, а уединенному дому в тихой сельской местности наверняка предпочел бы сверхсовременный дом. И это были лишь те отличия, которые сразу бросались в глаза.

Уэсли отличался изысканным вкусом и был склонен высокомерно обращаться с теми, кто на социальной лестнице находился ниже его. Кейлеб был абсолютно другим. С ним все чувствовали себя легко и непринужденно. Он не только обращался со своими работниками, как с равными, но и казалось, что он действительно о них заботился.

Она знала, что Уэсли на это совершенно не способен.