Только Зак Менский мог так поступить, и только он один не собирался отказываться от своих решений, даже тогда, когда видел их вражду с окружающей реальность. Ну не хочет конь пробираться через проход, где и человек с трудом пройдет — и не надо. Всегда найдется ход, достаточно широкий и для коня, и для всадника. Ведет неизвестно куда? Ну и что. В конце концов, найти кого-то в подземельях методом длительных и методических поисков — занятие неблагодарное, на это могут десятки лет уйти. Любой спелеолог, хоть раз побывавший в подземельях под Отсилаказом, подтвердит — они, подземелья, настолько широки и запутаны, что их и за тысячу лет не изучить. Потому и ехал Зак просто туда, куда вел наиболее комфортный и широкий путь, надеясь, что до цели он доведет.

Однако не стоит считать, что так уж и положился Зак на случай. Как раз нет. Случай, конечно, вещь важная, но помимо этого были у него определенные мысли… И заключались они в следующем — если это действительно его родители разбудили монстров, то пройдя назад по следу чудищ он как раз и дойдет до своих родителей. Ну а, спрашивается, если миллион существ идет по подземельям, то как они смогут это проделывать через узкие и неудобные проходы? Да никак! Еще во время переправы монстрами вплавь через реку до Зака дошло, что такая толпа, способная идти лишь напролом, просто обязана оставить за собой широкую и удобную дорогу, потому что через любую другую она и за сотню лет не сможет пройти. Поэтому, спускаясь под землю без карт и планов, да еще и верхом, Зак поступал исходя не из прихоти, а из определенных умозаключений. Конечно, их было легко опровергнуть, доказать, что данная задача имеет много решений, и то, что придумал Зак, далеко не самое очевидное. Однако Менскому так не казалось. Он был уверен — подземные монстры имеют то же происхождение, что и оружие в замке Гаст. Пусть там были существа из металла, а тут — из плоти и крови. Это ничего не меняло. И там, и тут это было лишь оружие, не способное мыслить в индивидуальных масштабах, запасенное когда-то давно, и активизированное именно сейчас. А если это оружие, то тот, кто его запасал, просто обязан был предусмотреть способ его выхода на поверхность. Никто выход не находил? Что же, это проблемы тех, кто искал. Вполне вероятно, что до того момента, как монстры пробудились ото сна, их от внешнего мира закрывала какая-то преграда, ныне уже не существующая. Примерно так рассуждал Зак, даже не догадываясь, насколько он близок к истине.

Хоть Менский этого и не знал, ехал он по так называемому «широкому проходу». Название совершенно официальное. Как было выяснено во времена оно, в те дни, когда Отсилаказ только приобретал нынешние очертания, все проходы в подземельях можно классифицировать по определенной системе. Во-первых, это широкие проходы — удобные и почти прямые пещеры, по которым несколько человек могло пройти в шеренгу, друг другу не мешая. Во-вторых — обычные проходы, это те проходы, по которым люди ходили по одному, прижимаясь к стенкам. Именно эти два типа использовались для тайных сообщений в городе, именно они позволяли пройти из любой точки в любую. Кроме того, были еще и узкие проходы — такие, залезать куда было достаточно рискованно. Если первые и вторые всегда были одной и той же ширины и высоты, если по ним можно было идти не переживая, что под ногами окажется пропасть или голова обо что-то удариться, то узкие проходы бывали любые. Именно они составляли наибольшую часть подземелий под городом, именно они были хуже всего исследованы и представляли наименьший интерес по причине малой практической ценности. Широкие проходы как правило шли по прямой, обычные — отходили в сторону от широких, узкие — в сторону от обычных. Вся эта система несколько напоминала кровеносную систему, с ее крупными венами, артериями и мелкими капиллярами. Но все же было одно довольно важное различие — если вся кровеносная система начинается и заканчивается в сердце, то все большие проходы, вены и артерии, как мы договорились, начинались и заканчивались в тупиках.