Я знал, что угрозы не помогут, что пираний трудно напугать, что они малочувствительны к боли, а мой авторитет среди них не настолько высок, как хотелось бы и напрямую зависит от Анхе. Поэтому я решил действовать предельно жёстко, и выбрал для этого самую неожиданную жертву.

Возле борта, немного в стороне стояла Клюква. Кажется, её звали именно так. Эта девушка не принимала участие в общем веселье и была занята тем, что чинила какую-то снасть, но я набросился именно на неё. Почему? Просто потому, что она была к этому менее всех готова!

Не тратя лишних слов, я схватил, пискнувшую от удивления Клюкву, в охапку, перевернул и, взяв за одну ногу, «вывесил» за борт. Пираньи, в отличие от Анхе, не очень-то любят купаться. По крайней мере, они стараются делать это на мелководье и никогда не заплывают туда, где можно нырнуть «с головкой». Вид зеленоватых волн, мягко бьющих в корпус судна, так перепугал бедную Клюкву, что мне даже подумалось, как бы с ней не случился обморок. Но я был твёрд!

— Где Анхелика?! — Прорычал я, как можно более грозно.

После секундного ступора, в который впала вся команда, девушки наперебой загалдели, показывая руками в сторону береговых зарослей. Тогда я вновь поставил Клюкву на ноги, слегка встряхнул и спросил снова:

— Где она?!!

Когда глаза пираньи перестали вращаться, и она смогла держать равновесие самостоятельно, выяснилось, что Анхе пошла исследовать, какую-то открытую накануне то-ли заводь, то-ли протоку, но почему-то никого не взяла с собой. На вопрос, как давно она ушла, мне ответили, что это было рано утром, а сейчас солнце перевалило уже далеко за полдень. Спрашивается, что она там так долго делает?

Мимо меня пронеслось, что-то красное и растрёпанное, это конечно был Огнеплюй. Я же, лишённый возможности летать, был вынужден сойти на берег и попытаться найти тропинку, которой воспользовалась Анхе. Скажем так, сделать это было вовсе нелегко!

Тропинку-то я нашёл, но вот пройти здоровому мужику сквозь кусты там, где свободно прошла худенькая девушка, оказалось совершенно не под силу. Я понял, что могу оставить на местных колючках не только свою одежду, но и шкуру! Тогда я вытащил саблю и принялся рубить эти кусты в надежде расширить проход. Однако вскоре стало ясно, что таким способом я сумею достичь протоки лишь к вечеру. Оставался только один способ — огонь! Не очень мне хотелось это делать: вспышка могла обнаружить наше присутствие, но выхода не было и я решился: набрал побольше воздуха и… дохнул!

Я не сразу понял, что стряслось. Вместо обычного потока пламени у меня вдруг вышел огненный шар, взметнувшийся к небесам чёрно-красным грибом загудевшим, как вулканическое пламя! Кусты вспыхнули и рассыпались мелким пеплом, а на их месте образовалась широкая дорога, по которой мог проехать экипаж. В конце этой дороги, совсем короткой, виднелась вожделенная протока, на берегу которой сидел чёрный от копоти и совершенно обалдевший Огнеплюй с круглыми глазами и раскрытым клювом.

Вот тут-то я сообразил, что здесь стряслось на самом деле. Братец просто хотел мне помочь и дохнул огнём со своей стороны, наши пламенные потоки встретились, и произошёл взрыв! Теперь мы уж точно заявили о себе на всю округу! Самым благоразумным в такой ситуации было смотать удочки и отплыть подальше в море, пока сюда не заявились крестьяне с вилами или дружинники местного сеньора, но сначала надо было найти Анхе.

Конечно, на протоке её не было, и где её следовало искать, оставалось загадкой. Словно заправские сыщики, мы обшарили всё вокруг, но нашли только небольшой участок примятой травы. По-видимому, Анхе лежала здесь некоторое время, а потом встала и ушла, но куда? Других тропинок нигде не было видно, повсюду виднелись только непроходимые заросли кустарника, в которых запуталась бы и кошка.