— Уплыла она, что ли? — Вздохнул он после двухчасовых поисков.

При этих словах мы поглядели сначала друг на друга, а потом на хрустально чистые воды протоки. Что ж, это было вполне возможно. Вот только в какую сторону она подалась? Вопрос «зачем?» мы решили не обсуждать до поры, до времени, а чтобы поиски были наиболее эффективными, решили разделиться — я пошёл вдоль протоки в сторону реки, а Огнеплюй полетел над самой водой к морю.

Вода была мне по грудь. Стайки мелких рыбёшек то и дело окружали меня, как любопытные дети обступают некую диковинку. Чтобы не намочить одежду и оружие, я сложил всё на крохотный плотик и теперь толкал его перед собой. Местные комары решили, что я отличная закуска и мигом приступили к трапезе! Поэтому мне приходилось время от времени нырять, впрочем, это приносило мало облегчения — кровососы быстро сообразили, что руки у меня заняты, а нырнуть надолго никак не получится, и вскоре я был искусан этими тварями до корней волос.

Между тем растительность по берегам протоки становилась всё гуще, а ветви кустов и деревьев опускались над водой всё ниже, образуя ажурную зелёную арку, которая вскоре совсем скрыла от меня небо. Воздух, напоённый ароматами листвы, воды и цветов, был здесь густым и неподвижным, и вскоре от этой духоты у меня закружилась голова.

Не знаю сколько времени я так брёл по песчаному дну, едва прикрытому тонким слоем ила, но мне это занятие начало надоедать. Ветви опускались уже к самой воде, и мне приходилось нагибать голову, чтобы не запутаться в них. Комары, похоже, позвали своих родственников со всей округи на бесплатное угощение. Воздух, лишённый движения, превратился в сладкую патоку, вдыхать и выдыхать которую приходилось с трудом. Зато прозрачные воды протоки были на удивление холодными, и я почувствовал, что руки и ноги от этого начинают плохо слушаться.

Я уже решил, что зря пошёл этим путём, и Анхе здесь искать бессмысленно, как вдруг увидел в лучах солнца пробившихся сквозь листву, какой-то золотой завиток. Заинтересовавшись этим открытием, я подошёл поближе и обнаружил длинный волос, прилипший к молодым клейким листикам, какого-то дерева, опустившего ветви к поверхности воды. Да, это был без сомнения её волос! Значит, она здесь всё-таки проходила! Я удвоил усилия, и вскоре был вознаграждён следующей находкой: на остро обломанном сучке висел обрывок цветастой материи.

Накануне Анхе была одета в блузку именно из такой материи, но как она ухитрилась здесь её порвать? Нехорошее предчувствие кольнуло меня, но я постарался не поддаваться панике и продолжил движение, внимательно озираясь по сторонам.

Дно протоки вскоре стало подыматься, а растительность с правой стороны вдруг сделалась пореже. Не иначе, как тут можно было выйти на берег, и через несколько шагов я убедился, что это так. Мало того, в прорехе зелёной паутины, что-то блестело и переливалось всеми цветами радуги. Я выскочил из протоки с изяществом дикого кабана, который ломится сквозь кусты. Как бы я не замёрз до этого, сейчас моя кровь попросту заледенела в жилах: блестящим предметом оказался один из усыпанных дорогими каменьями пистолетов Анхе!

Я точно знал, что она никогда их не теряла и после выстрела убирала за пояс, а если случалось уронить или бросить за недостатком времени, то после драки всегда находила и подбирала, как это было тогда во время перестрелки с кораблём Лимо. Я поднял этот пистолет и осмотрел его: из пистолета недавно стреляли — он был разряжен, ствол закопчён, а затравочный порох на полочке отсутствовал. Не хороший признак!

Быстро напялив на себя подмокшую одежду и засунув пистолет за кушак, я углубился в заросли.