Спасение пришло в виде разверзшейся под ногами бездны. Очередной холм, на который я взбежал, вдруг кончился на самой вершине и я почувствовал, что лечу вниз! Хорошо ещё, что ближе к основанию, отвесная песчаная стена превратилась в наклонную, что в некоторой мере затормозило моё падение.

Проехавшись по этому, не слишком мягкому, спуску задом, я всё же приложился о землю с силой, заставившей все мои кости хорошенько брякнуть друг о друга, так, что на несколько секунд потемнело в глазах! Когда я снова обрёл способность видеть предметы, то обнаружил себя лежащим на спине головой к холму, с которого свалился. Да, этот холм действительно был, как будто срезан гигантским ножом и напоминал огромную краюху хлеба.

Там, наверху я увидел застывшую Анхе и всю нашу команду, а над ними красно-чёрную точку выписывающую в небе круги и зигзаги. Это, конечно же, был Огнеплюй. Но девушки смотрели вовсе не вниз, не на меня, как это следовало бы ожидать. Их взоры были прикованы к чему-то находящемуся вдали и, чтобы понять, куда они смотрят, мне пришлось сесть.

Со скрипом проделав эту несложную операцию, я сразу обнаружил то, что так заинтересовало моих спутниц: невдалеке на холме, который был чуть больше прочих, и стоял, как бы в петле образованной изгибом реки, возвышалась величественная крепость! Высокие стены с зубцами, построенные с наклоном внутрь, от чего они казались ещё выше, круглые башни, остроконечные крыши, всё указывало на то, что перед нами замок владетельного сеньора, а может даже самого короля!

Однако, присмотревшись повнимательнее, я разглядел большие чёрные кресты на всех высоких строениях. Такой же крест красовался и над массивными, окованными железом воротами. Конечно! Это был монастырь, но меня это ничуть не обрадовало. Наши девицы, хоть и дичились цивилизации, но были страшно любопытны. Я понял, что они сейчас обязательно туда сунутся, и остановить их уже не было никакой возможности!

От монастырских ворот шла ровная грунтовая дорога, которая делала зигзаг и терялась, где-то среди холмов. Именно на этой дороге я сейчас сидел. Вот и объяснилась странная форма холма — его попросту наполовину срыли, когда прокладывали дорогу!

«В-шш-плюх!» — раздалось слева, я оглянулся и увидел пиранью, подымающуюся на ноги. Этим существам был неведом страх высоты, а благодаря небольшому весу и упругим мускулам, спрыгнуть с вершины холма, откуда я сверзнулся, чуть не разбившись, оказалось делом простым и легко выполнимым. Тут же раздался ещё один звук удачного приземления, а за ним ещё и ещё, и вскоре вся команда, включая их предводительницу, стояла внизу.

На меня, по-прежнему, никто не смотрел. Похоже, все обо мне попросту забыли, что с одной стороны было весьма кстати, а с другой вызывало некоторое чувство досады, ведь мы с Огнеплюем так старались! Впрочем, мои сомнения на этот счёт разрешила сама Анхе, которая бросила через плечо:

— Я тебя потом убью, дядя Драгис!

Сказав это, девушка направилась прямо к открытым воротам, а за ней, словно выводок утят, потянулись её пираньи. Мне ничего не оставалось, как плестись в хвосте этой процессии, а по дороге я думал, как-то сейчас отреагируют на наше появление монахи?

Уговаривать Анхе, повернуть обратно, было делом бесполезным. Я понимал, что мы движемся прямо к катастрофе, но что я мог сделать? Ну, в самом деле! Представьте такую картину: среди бела дня в обитель, где царят строгость и благочестие, куда женщин может быть, вообще не допускают, является отряд растрёпанных вооружённых девиц, одетых, к тому же, вразрез с местными нормами!

Нет, наши пираньи вовсе не ходили повсюду голышом. Зная, что нам придётся бывать в тех местах, где обнажённое женское тело считается вызовом общественной морали, мы с братом всё это время приучали девчонок носить одежду, пусть самую лёгкую, но закрывающую грудь, а заодно вовремя штопать короткие штаны, которые они предпочитали любым другим.