Орыся уже была на первом этаже.

– …Юная леди, даже не улыбнувшаяся такому шикарному мужчине, рыдает над испорченными колготками и не может найти в холодильнике корочку хлеба на ужин. Сюжет для рассказа О. Генри. Или она рыдает над своим разбитым сердцем?

* * *

Катя была доставлена в апартаменты польской пани, накормлена и обласкана. Она сидела на диване вытянув ноги. Джим пристроился рядом и маскировался под норковую шапку, Орыся заплетала ей косичку, а сбоку стоял поднос с чаем и многоэтажными сандвичами.

– …И после этого мы расстались. Я ушла от него… – закончила Катерина печальный рассказ.

Орыся немного помолчала.

– Не понимаю, – наконец сказала она. – Ты серьезно думаешь, что он убил свою жену?

– Теперь уже не знаю, – тоскливо произнесла Катерина. Она вручила свою историю подруге в надежде, что та наведет порядок в ее мыслях, рассортирует эмоции и успокоит.

– Нет, Катя. У него ничего бы не получилось. Ну подумай! Как можно заставить женщину, которая не хочет умирать, выпить десять таблеток снотворного, не оставив на ее теле никаких повреждений? Она бы сопротивлялась.

– Действительно…

– Значит, он ее не убивал.

– Да.

– Значит, ты можешь вернуться к нему.

– Нет.

– Но почему?

– Я не знаю, не знаю. Когда я слушала ту пленку на диктофоне, словно говорил другой человек – жестокий, грубый. Я воображала Олега совсем другим. А теперь я не могу воспринимать его так, как прежде. Он не тот человек, в которого я влюбилась!

– Да… – глубокомысленно протянула Орыся. – Проблемы. А у меня с Леонидом все просто. Зато если бы ты вернулась к нему, у тебя бы не было никаких материальных затруднений. Пусть ты его уже не так крепко любишь, но он-то от тебя без ума. Позволь ему о тебе заботиться.

– Я так не могу.

– Ты сложная. Но зачем ты вообще приехала из своего Краснотрубинска? Чтобы удачно устроиться, выйти замуж.

– Да, я сначала думала, что найду человека, которого буду любить, мы поженимся, и все будет прекрасно. Но я жила с Олегом и становилась похожей на Оксану – меня уже ничего не интересовало, я только смотрела на дверь и ждала, когда он вернется с работы. Я не хочу так жить. Это не для меня. А из Краснотрубинека я уехала, потому что мне абсолютно нечего было там делать. Это такое болото – зеленое, сонное, в ряске и лягушках. Полная бесперспективность.

– Нелегко с тобой, Катерина. Ну хорошо, а дальше что? Ты думаешь, ты сможешь прожить на свою зарплату? Это нереально. Конечно, в другом городе, под крылом у родителей заработок в пятьсот долларов казался бы неземным счастьем, но для московского уровня жизни, и притом для одинокой девушки, – это мизер. Ты даже не сможешь прилично одеваться. Обрати свой взор на скромную девочку Орысю Железновскую. Как хорошо она устроилась! Без мужской поддержки ты в Москве пропадешь.

– Нет, это не для меня. Такие отношения. Я жила с Олегом, потому что знала: мы поженимся, я стану его женой. Но я ни одного дня не осталась бы с ним в роли содержанки.

– Спасибо за точное определение моего статуса. У Довлатова я прочла: хризантема не может сама себя окучивать и поливать. Мы с тобой – роскошные женщины, мы цветы, которые надо трепетно оберегать и подпитывать. И это функция влюбленных в нас мужчин.

– Я не хочу становиться предметом обихода.

– Какая ты еще маленькая! Если я – удовольствие для мужчины, деликатесный продукт, доступный не каждому, то почему мужчина не должен создавать мне достойные условия жизни? Твой Олег как нельзя лучше подходит на эту роль.