– Угадал. Хочу узнать тайну блокировки магии.

– О-о! Это интересно. Поспешим, брат, вдруг он откусил себе язык? – засмеялся гремлун и вприпрыжку побежал впереди Артема.

Отца Блюма поселили в камере напротив Ремгола. Он всю ночь провел в страхе, слушая рассказы бывшего людолова, и к приходу Артема был готов на все, лишь бы его перевели в другое место. Следом за Артемом шел Козьма, и с ним два стражника. Старик от сытой беспечной жизни в замке раздобрел, обзавелся брюшком и стал ленивым. Он больше бурчал, что его умотали, чем что-либо делал. Но Артем его терпел, так как видел редко и брюзжание старого ветерана слушали кони и Воржек.

– Отец Блюм, – спокойно произнес Артем, – у меня к вам лишь один вопрос, – он уселся на скамью напротив инквизитора, стоявшего в клетке, – и вы на него ответите. Добровольно или под принуждением. Если ответите добровольно, то это вам зачтется на суде как смягчающее обстоятельство. В противном случае я все равно узнаю, что мне нужно, и вас ждет мучительная долгая смерть. Шаманы умеют ломать стойких. Посмотрите на бывшего людолова. Он – красноречивое тому свидетельство.

– Я все скажу, – прохрипел инквизитор. – Попить дайте.

Артем кивнул Козьме:

– Дай ему попить.

Козьма протянул баклажку через прутья и отошел.

Отец Блюм пил жадно, давясь и разливая воду по подбородку.

Напившись, он произнес:

– Я готов, спрашивайте.

– Отец Блюм, расскажите о том, как церковь блокирует магию.

– Просто, – не раздумывая ни секунды, ответил инквизитор. – Мы проводим ритуал запрета магии. Для покрытия большой площади мы ставим посвященных дракону хранителю наших братьев. Их надо располагать в определенных точках.

– Что за ритуал? И что это за посвящение?..

Допрос продолжался больше двух часов. Артем даже успевал записывать. Гремлун с интересом слушал, но молчал. Когда все, что знал инквизитор, было выяснено, Артем и Свад удалились в библиотеку.

– Покормите заключенного, – распорядился Артем. – Выведите его на прогулку и дайте справить нужду. Но следите за ним в оба, а лучше завяжите ему рот, чтобы он не говорил. Говорить с людьми ему запрещено.

В библиотеке Артем налил в кружки настоявшийся в бочке самогон и пригубил. Держа кружку в руке, стал расхаживать по комнате взад и вперед. Гремлун уткнулся в свою кружку.

– Итак, – произнес Артем, сделав несколько кругов по комнате, – что мы узнали? Есть ритуал, и он нам известен. Осталось решить, как его переложить на заклинание? Это, Свад, вопрос к тебе. За столетия существования церкви дракона маги не смогли разобраться в этом вопросе, и знаешь почему?

– Знаю, у них не было меня, – ответил гордый коротышка. А у тебя я есть.

– Правильно, Свад. Вот ты и займись подбором нужных волн.

– Надо описание ритуала отправить отцу, – подумав, ответил гремлун. – Он более сведущ в волновой теории. Я же мастер ломать, а не строить. Я сейчас опишу принцип действия запрета магии, и мы это описание отправим с щедрыми подарками ему.

– Дело говоришь, брат, действуй, – поддержал гремлуна Артем и лег на диван, вытянул ноги.

«Бессонные ночи в объятиях страстных жриц даром не проходят», – подумал он и задремал.

Поселок племени хойда. Несколько дней назад

– Дочка, что случилось, ты выглядишь или очень уставшей, или больной, – отец Хойсиры, Хойвам, с тревогой смотрел на свою дочь.

– Мне плохо, папа.