Артем стоял на носу судна в подбитом мехом плаще. Он из пелены снегопада помахал рукой Хойсире и ревущей Нееле, которую, несмотря на все просьбы, не взяли с собой, и дал команду отчаливать.

Привычные к гребле дикари сидели на веслах и, мерно разгребая по воде морозную кашу из снега и неокрепшего льда, направляли корабли против течения реки. Гребцы менялись каждый час пути, и корабли сноровисто, с шуршанием разрезая воду и снег веслами, двигались на запад.

У изгиба, где Артем в свое время разгромил отряд дикарей тойва и насадил их головы на колья, остановились. Весь путь занял двое суток беспрерывного движения. Отогревались у печей с амулетами для плавки металла. Они давали хороший жар, и огонь горел часами.

Наступило позднее утро. День был светлым. Ярилось Светило, и на ярко-синем небе не было видно ни одной тучки. Сверкал искрами нетронутый первозданный снег.

Артем, рассматривая окружающий пейзаж, проговорил:

– Сдается мне, что в Пади никого нет. Не видно следов человека. Гребите к холму, где стоит вышка.

Через полчаса подошли к высокому холму, занесенному снегом. Вышка покосилась, и на ней сидели вороны. Они своим криком оглашали внешне безжизненные окрестности. Он опять дал команду пристать к берегу и сошел вниз в небольшую каюту, больше напоминающую шалаш. Сделал глоток из бутылочки с эликсиром концентрации и сел на шкуру медведя. Вскоре его дух воспарил над телом, и он полетел в сторону поселения Черная Падь.

То, что он увидел, подтвердило его мрачные предположения. Поселок был пуст. С тех пор, как он увел оттуда новоприбывших поселенцев с небольшим отрядом рейтаров, тут никто не жил. Остались открытыми проемы ворот, остовы разобранных строений. По снегу тянулись многочисленные следы зайцев и лис.

«Значит, решили пока не заселять это место», – подумал с небольшой скорбью Артем. Ему было жалко смотреть на разоренное им поселение. Облетев по кругу развалины, он решил: «Это даже к лучшему», – и вернулся в тело. Немного посидел, приходя в себя, и вышел к гребцам.

– Можно плыть до самого поселка, – сообщил он начальнику гребцов, – там никого нет. Оттуда мы двинемся уже на конях. Вы сразу же выгружайте припасы, я покажу, где их спрятать, и отправляйтесь обратно.

Крепкий дикарь из хойда только кивнул и отдал команду:

– Весла в воду! Отваливай!

Несколько позже

К полудню кавалькада из восьми всадников и двух груженых лошадей направилась по вырубленной поселенцами просеке в ореховой роще к дороге, ведущей в Хволь.

Артем понимал, что показываться в поселках по дороге в Хволь не стоило. Зачем им ненужные вопросы: кто вы такие и откуда едете. А они обязательно бы возникли. Решено было поселки объезжать стороной и ночевать в лесах и рощах. С собой везли парусину для палаток и шкуры, запас еды, золото, драгоценный жемчуг и серебро. Артему предстояло встретиться со шпионом тойва, давно внедренным дикарями в пограничный полк рейтаров.

Артем даже вспомнил его. Невзрачный мужчина, фельдшер из вольнонаемных в конюшнях полка. Тот хорошо умел обращаться с лошадьми и советовал Артему, когда тот собирался выступить с новобранцами в Темную Падь, какую лошадь для себя выбрать. Получил от него серебряную монету и привел хорошего коня. Он и сейчас ехал на нем, возвращаясь в Хволь. Рядом ехала Мила и Хойскар, молчали, разговоры никто не хотел заводить. Следом в трех шагах от них ехали пять бойцов, отобранных Артемом. Все они были немолодые грованы.

«Так проще маскироваться», – решил Артем. Степенные мужчины в годах не вызывают подозрений.

Милу он взял, потому что она готовилась стать шпионкой. Могла искусно притворяться, втереться в доверие и вызнавать тайны. В общем, незаменимый помощник в том деле, которое задумал Артем.