Она была зависима от него, давно привыкнув, что ей не сбежать от неусыпного и постоянного управления Валентином ее жизнью. Не представляла уже, что что-то может быть по-другому, иначе, не так. Даже боялась подумать о том, что такое может случиться, с ужасом вспоминая свое пребывание в лечебнице. У нее был опыт жизни без Валентина, и за этот, недолгий в общем-то, период, она едва не успела стать жертвой изнасилования со стороны очередного кавалера матери, была обвинена пьяной родительницей в попытке совращения ее "будущего мужа", признана ею сумасшедшей, из-за стараний доказать, что мужчина практически напал на нее. И, увезена скорой в приступе жестокой истерики. В результате чего, безразличный ко всему, и в том числе к изложению ее версии событий, врач констатировал у девушки маниакально-депрессивное расстройство психики и прописал принудительное стационарное лечение.

Ей было, за что благодарить Валентина, не так ли? Хотя бы, за избавление от этого кошмара, если не за все остальное.

Но, так или иначе, в ее душу закрадывалась тоска и нужда в чем-то еще… В чем-то, чего Лина никогда не знала. Может, не так уж и не прав был тот врач? Не просто так же, такие глупости ей в голову лезут. Ну чего ей в жизни не хватает?

- В чем дело, Лина? - Так и не сумев заглянуть ей в глаза, и не довольный этим, Валик перекатился на кровати, придавливая девушку своим телом к матрасу. - Что опять не так?

- Ничего. - Покачала головой девушка, не открывая глаз. - Все хорошо, Валик.

Но, Валентин не собирался удовлетворяться таким ответом. Он потянул руку, заставляя ее запрокидывать голову, чтобы избежать боли от натянувшихся волос, и прижался губами к изогнутой шее.

- Мне не нравится, когда ты обманываешь, малыш. - Валик спустился ниже, щекоча губами впадинку у ее ключицы, зная, что это возбуждает девушку. Вновь заставляя Лину хотеть его, пусть и в обход ее мнения, подчиняя себе и своей воле. - Что не так? - Валентин спускался ниже, не давая ей пошевелиться, удерживая своим телом, а второй рукой, вычерчивая круги на коже ее живота, диаметр которых, все расширялся, спускаясь книзу.

- Валик. - Протестующе пробормотала девушка. - Все так. Я хочу отдохнуть, ну пожалуйста.

Мужчина замер, поднимая голову и пристально заглядывая в ее глаза, а потом наклонился к лицу Лины.

- Скажи, что тебя беспокоит, и я все исправлю, малыш. Разве я хоть раз не сделал этого? - Прошептал он ей в губы, впиваясь в них поцелуем, заставляя испытывать легкую саднящую боль.

- Валик, не надо. - Лина мотала головой, но знала, что он слышит, как учащается ее сердцебиение, и прерывается дыхание.

Она хотела его. И он знал это. Потому что, сам научил ее тело так реагировать на его прикосновения. Вызывая зависимость, привыкание к его касаниям и ласкам.

Раньше, он мог мучить ее часами, не давая желанного удовлетворения, только чтобы заставить понять, как она нуждается в нем. Показать, что только он может дать ей удовольствие такой силы. И Лина всегда проигрывала в этой борьбе характеров, признавая его власть и умоляя о разрядке.

Вот и сейчас, отрицательно мотая головой, она еще больше прижималась к нему бедрами, заставляя довольно усмехаться мужчину.

- Думаю, что ты не так уж и против, правда, малыш? - Валентин потерся своей, чуть колючей от пробившейся за день щетины, щекой о кожу ее груди, заставляя Лину стонать.

Но когда, добившись ее кивка, Валентин перекатился на спину, заставляя девушку оказаться сверху и смотреть ему в глаза - взгляд Лины, все-таки, настораживал его. Валик, так и не отпуская ее волос, притянул Лину к себе, укладывая ее голову на свою грудь. Что-то опять беспокоило девушку, мужчина точно видел это.

- Хочешь, поженимся? - Прошептал ей на ухо Валентин, начиная двигаться, и не давая сосредоточиться на своем неожиданном предложении.