Loading...
Изменить размер шрифта - +
Я не вправе подвергать сомнению то, ради чего живут дорсайцы и экзоты.

– Тогда… – Тони перевернулась набок, чтобы видеть его, по‑прежнему лежащего на спине и глядящего в звездный потолок, – тогда что же ты собираешься делать дальше? По‑моему, ты намеревался добиться серьезного влияния на Сент‑Мари?

– Я пока не уверен, – сказал Блейз.

– Это ведь такой маленький мирок, населенный в основном католиками, по большей части земледельческий, технически малоразвитый. Если сейчас все дело во времени, как ты не переставал повторять во время болезни, то не лучше ли тебе начать устанавливать контроль над Сетой или Фрайляндом?

– Возможно, – отозвался Блейз. – Время не ждет. Чтобы добиться положения, позволяющего разговаривать со Старой Землей на равных, потребуется от трех до пяти лет – и то при том, что удастся объединить ВСЕ Новые Миры, за исключением Дорсая и Экзотских миров.

– Тогда почему же не Сета и не Фрайлянд?

– Отчасти чтобы избежать большой крови. Например, Сета до сих пор раздроблена на множество небольших независимых государств. Их придется подчинять по одному, а любое из них всегда готово развязать войну с соседями, если политическое равновесие хоть чуть‑чуть сместится в ту или иную сторону. На самом деле Сету лучше всего оставить напоследок с тем, чтобы она вошла в мою семью Новых Миров просто потому, что не захочет оставаться в стороне. Фрайлянд, я намеревался пока не трогать. Надо дать Ньютону, Кассиде и Новой Земле сжиться с мыслью, что они, возможно, единственные три планеты, которые тесно связаны друг с другом, а я мог бы тем временем преспокойно дергать за ниточки из‑за ширмы.

– А ведь Коби, – сказала Тони, – могла бы быть даже полезнее, чем Сент‑Мари, хоть она и меньше по размерам.

– Зато в общем балансе сил – я имею в виду среди Новых Миров – она имеет сравнительно небольшое значение. И потом…

– Ну, – произнесла Тони, когда он вдруг замолчал, – и что же потом?

– Наверное, это довольно смешно.

– Только не для меня. – Тони легонько сжала его пальцы.

– Ну хорошо, – сказал он. – Ты слышала о Донале Гриме, который в конце концов сто лет назад стал Секретарем по обороне всех Новых Миров?

– Конечно, – ответила она. – Так же как слышала о Юлии Цезаре, Чингисхане и Наполеоне – причем о Донале Гриме я слышала гораздо больше, чем о них, поскольку он жил сравнительно недавно.

– Ты знаешь, что у него были два дяди – братья‑близнецы, Ян и Кейси Гримы?

– Да.

– Так вот, это может показаться смешным, особенно в моих устах. Но ты помнишь, что и Кейси и Ян были на Сент‑Мари и именно там убили Кейси?

– Я слышала об этом.

– Я и сам читал об этом еще в детстве. Я был совсем мальчишкой, но уже тогда начал потихоньку почитывать взрослые книги, потому что перерос те детские книжки, которые мне давали. Один дорсаец из семейства Морганов, который жил неподалеку от Гримов возле Форали, рассказал об этом в своей автобиографической книге. Он тоже был на Сент‑Мари в составе дорсайского контингента, нанятого экзотами для борьбы с войсками революционеров. Эти войска прибыли с наших Квакерских миров. Как ты помнишь, Ян и Кейси были близнецами, а потом вдруг совершенно неожиданно Кейси убили революционеры, в то время когда, по крайней мере теоретически, противоборствующие силы находились в состоянии перемирия.

– А, да.

– Ну так вот, – продолжал Блейз, по‑прежнему не отрывая взгляда от звездного неба, – как я уже говорил, я прочитал об этом еще в детстве, и рассказ о гибели Кейси и о том, что она значила для Яна, очень меня тронул.

Быстрый переход