Да, за всеми нашими делами Маша до сих пор так и не удосужилась побывать ни на одном балу, о чем порядком сожалела. Мне, кстати, тоже интересно было бы посмотреть на Наташу Ростову в исполнении моей племянницы. Но теперь – все, масштаб события обязывает. Первые в России и мире публичные полеты! Исполняют дуэтом Цесаревич Георгий и новозеландская пилотесса Мария! (надо не забыть заставить ее на карту этой самой Зеландии посмотреть хоть раз, напомнил себе я). После полетов – тот самый торжественный прием в Петровском дворце, это где сейчас академия Жуковского.

    Когда я в очередной раз вернулся к себе в Москву, квартира показалась мне маленькой и непривычной – так всегда бывает после долгих путешествий. Посмотрел в инете предложения по загородным коттеджам, посетил оружейные сайты, написал пару писем. Гоша тоже сидел в сети, со своего ноута.

    – Ну и ни хера себе! – раздался с кухни его возглас. – А я-то губы раскатал…

    Надо заметить, что общение с нами заметно расширило Гошин лексикон.

    – Что там случилось? – заинтересовался я.

    – Помнишь, я говорил про мелкого чиновника, которого Ники отправил с инспекцией? Так он его и в вашем мире отправлял, без всяких твоих и моих увещеваний!

    – И что?

    – Ничего. Исследователи, правда, не могут решить – купили того или просто обвели вокруг пальца, но результат нулевой.

    – А расследование тоже было?

    – Непонятно, но про Вендриха тут много. И ни слова хорошего, что характерно.

    – В принципе я чего-то такого и ожидал. У твоего брата нет воображения, и неочевидные опасности его не пугают. Да и склонен он оттягивать принятие решений до последнего. Будем надеяться, что тиф, которым он заболеет ближе к осени, хоть как-то вправит ему мозги, все-таки чуть не помрет человек. А не ему – так Алисе, та точно страху натерпится.

    – Да, с тифом, пожалуй, ты прав… – вздохнул Гоша.

    Когда мы в процессе подготовки визита старца наткнулись на то, что Николай осенью девятисотого года опасно заболеет, Гоша сразу предложил не допустить, профилактика тифа не такая уж сложная вещь. Мне казалось, что лучше оставить все как было. Теперь, значит, одной головной болью меньше, не надо будет еще и по этому поводу с высочеством собачиться.

    – Ладно, а по катерам ты себе подборку сделал? – напомнил я (мы решили, что собственно катерами займется Гоша, я только радиоуправлением).

    – Да, но у меня сложилось впечатление, что это неэффективное оружие. Очень простые методы борьбы – крупнокалиберные пулеметы и постановка радиопомех.

    – Откуда у япов на кораблях крупняки? – возразил я. Потом – да, появятся, а поначалу только противоминная артиллерия. Ей, конечно, тоже быстро наловчатся наши лодки топить, но ведь не сразу же. Первые несколько запусков, думаю, будут удачными. А потом – только ночью. И нормальные помехи искровыми передатчиками не поставишь, это только когда у супостата тоже лампы появятся, так что время есть. Да и не догадаются они сразу про радио.

    – То есть как? Катер сам маневрирует… ну не про провода же они подумают?

    – А мы после каждого применения будем распространять дезу об очередном беспримерном подвиге какого-нибудь кочегара или мичмана. Мол, впав в неконтролируемый героизм, набил катер взрывчаткой и с криком "за веру, царя и отечество!" вмазался во вражеский крейсер.