Это были наемники из далекой Нормандии. Они сидели кружком и что-то говорили на своем варварском наречии, при этом негромко посмеиваясь. Юстиниан и его соратники сразу оценили обстановку. Иллюзий они не питали. Перед ними были профессиональные воины, одни из лучших наемников Византии, и справиться с ними было не так-то легко. Но на стороне отчаянной горстки храбрецов была внезапность. Помогло им и то, что противник пребывал в полной беспечности, уверенный, что за закрытыми воротами ему нечего остерегаться. Норманны, никого не остерегаясь, поснимали свои доспехи. Из всего вооружения у некоторых из них были лишь короткие мечи, висевшие на поясах. Копья стояли в стороне. Около входа во дворец лежал чей-то лук с колчаном стрел. Его тут же подхватил Миакес, который не был мастером ближнего боя на мечах, зато неплохо стрелял. Они переглянулись со Львом, и по знаку Юстиниана один выстрелил, а другой метнул копье. Лев безошибочно вычислил командира норманнов и метнул копье в него. Воин, которому копье вонзилось между лопаток, не издав ни звука, упал вперед лицом, угодив в горящие угли, отчего сразу же по двору разнесся запах паленого волоса. Воину, сидевшему напротив, стрела попала прямо в глазное яблоко. Нападение было настолько неожиданным, а беззвучная смерть товарищей настолько ужасной, что норманны растерялись и какое-то время продолжали сидеть в оцепенении. Но когда на них с обнаженными мечами кинулся отряд Юстиниана, они тут же с криком вскочили с мест, обнажая мечи.

Не все из них успели вооружиться и тут же, пораженные, со стоном падали на месте. Силы сторон по численности почти сравнялись. Но все же норманны, опомнившись от шока, стали умело защищаться. Битва была в самом разгаре, когда, привлеченные криком, из дворцовых конюшен выбежали другие воины, до этого мирно почивавшие там. Теперь был явный перевес влахернского гарнизона норманнов. Наши смельчаки были тут же окружены втрое превосходящими силами противника. Отряд Юстиниана, быстро перестроившись в боевой порядок в виде клина, попытался пробиться через цепь противников к дворцу. Но норманны, разгадав план ромеев, не дали им осуществить этот прорыв. Быстро перестроив свои ряды, они стали теснить отряд Юстиниана в сторону ворот. Наконец им удалось разделить ромеев, когда против каждого из ромеев выступило по два-три норманна. Опасаясь захода противников со спины, сподвижники Юстиниана тут же рассредоточились, встав по двое спиной друг к другу. Еще неизвестно, чем бы закончилась эта битва, если бы не помощь Миакеса. Сообразительный евнух, увидев, как выскочили новые норманны, быстро юркнул во дворец и поднялся на второй этаж.