— Крепко же тебе досталось, — оценила она.

— Это точно. Тебе что-нибудь удалось узнать?

— Да, как ты и предполагал.

Сердце мое екнуло. Ну да, я предполагал. Но я, так сказать, не предполагал.

— Подробности?

— Короткое совещание, собранное ее величеством для обсуждения резни в Тирме.

— И?

— В списке присутствующих была представительница Дома Джарега.

— Это обычное дело в таких случаях?

— Нет.

— Так. Что сказала представительница?

— Ничего, что было бы внесено в протокол.

— Ну и?

— Тебя что, много били по голове?

— Вообще-то да.

Она с отвращением фыркнула.

— Все равно, сам сообразишь.

— Представителя джарегов не позвали бы, если бы не хотели что-то услышать либо о чем-то проинформировать императрицу.

— Точно.

— В любом случае это значит, что Дом Джарега запустил туда свои лапы.

— И ты это знал.

— Подозревал, а потом получил подтверждение у… особы, которую мне не следует называть.

— Ладно. Почему?

— Что почему?

— Почему джареги с этим связаны?

— Две причины. Одну назвать не могу, вторую — нет нужды.

— Что значит — нет нужды? Ты о чем?

— Киера, тебя в последнее время никто случайно не лупцевал?

Она сосредоточилась, сузив глаза; потом проговорила:

— О. Ты думаешь, все это затеяно ради тебя?

— Я всегда предполагаю, что все затеяно ради меня. Пусть я выгляжу глупо, если ошибаюсь, но зато когда я прав — я остаюсь в живых, чтобы и дальше выглядеть глупо.

— И все же трудно поверить, — сказала Киера.

— Почему?

— Устроить бойню среди крестьян, впутав императрицу в…

— Нет-нет. ЭТО, пожалуй, не ради меня. Но это открыло им возможность.

— А, ты имеешь в виду не саму ситуацию, а ее решение.

— Да.

— Джареги знали, что если Алиера попадет в беду, ты об этом узнаешь и вернешься, и они смогут до тебя добраться. С императрицей они связались по другому поводу, а тут просто ухватились за возможность втянуть в дело тебя.

— Примерно так. Ты знаешь джарегов. Это выглядит надуманно?

— Нет, — без колебаний ответила она.

— Вот и мне так кажется.

— У тебя есть мысль, как со всем этим разобраться?

— Есть одна. Рассказать императрице.

— Влад, ты знаешь, что будет, если ты это сделаешь?

— Нечто весьма неприятное для Дома Джарега. Мне-то что?

— А для Империи?

— Мне-то что?

— А для Зерики?

— А ее волновало, насколько это будет неприятно для Алиеры?

— Волновало, представь себе.

— Брось, Киера, а то я разрыдаюсь. Хотя нет, погоди — я понял, меня отлупцевали как раз потому, что я спрашивал, есть ли ей до этого дело.

— Не думаю, что избили тебя из-за этого.

— Угу, я тоже. Я думаю, причина в том, что кто-то счел неуместным, чтобы выходец с Востока, который еще и джарег, расспрашивал о Военачальнице.

— Быть может.

— У тебя есть другая версия?

— Нет, только ощущение.

— Ощущение?

— Твои побои сюда не вписываются.