|
Солдат вежливо предложил ей замолчать, а не то ему придется связать ее и заткнуть рот кляпом. Рианнон прижалась к двери и беспомощно всхлипнула, глотая горькие слезы, а затем снова припала к окну. Она смотрела на пустой двор и молила, молила ниспослать ей просветление, пока не стало поздно и ее пророчества не сбылись. Бесполезно. Она совершила слишком много ошибок, которые уже не исправишь. Опустив голову на шершавый подоконник, Рианнон прокляла свое глупое сердце, снова одураченное мужчиной.
При свете факелов воины обшарили каждую пядь земли в поисках улик. Всюду виднелись следы драки, но трупы исчезли. Куда их унесли и почему? И с какой стати вообще кто-то напал на этот патруль?
— Вряд ли кто-нибудь не заметит, что уронил меч или латы.
— Это могла быть какая-то мелочь, Рэймонд. — Последовало сосредоточенное молчание. — Помнишь, я нашел шпору в третьей деревне?
— Которую нам пришлось спалить дотла? Гэлан кивнул и жестом подозвал Дрисколла:
— Кто знает эти места лучше, чем люди Магуайра?
— Боюсь, что никто, — явно растерялся тот. — Они — хозяева в этих горах.
Гэлан задумался, теребя подбородок.
— Ты ведь все еще не думаешь, что это мог сделать Магуайр? — спросил Рэймонд.
— Я не берусь судить наверняка, но Рианнон была права. Пледы могли оказаться фальшивыми. И они ничего не доказывают. — Он обратился к ирландцу: — Вот ты хорошо знаешь Йэна Магуайра?
— С самого детства! — заверил Дрисколл, выпрямившись в седле. — Йэн полюбил ее всем сердцем, когда был еще сопливым мальчишкой, милорд, — добавил он извиняющимся тоном. — И так и не простил ей то, что ради мира между кланами она отдалась О'Рурку.
— Или мне!
— Он хотел сбежать с ней отсюда, — сказал Дрисколл, пожимая широкими плечами. — Даже попытался похитить, когда она отказалась.
Гэлан удивился. Вот так новость!
— Его семье пришлось здорово раскошелиться, чтобы искупить вину, и родители отослали его подальше от позора. — Он устало вздохнул и добавил: — Неудивительно, что он пытался атаковать Донегол.
— И вполне понятно.
Пришел черед удивляться Дрисколлу и Рэймонду.
— Уж не жалеешь ли ты его, Гэлан?
— Ни один нормальный мужчина не смирится с потерей, если у него уведут такую женщину, как моя жена!
Дрисколл улыбнулся.
Гэлан спешился и взял у солдата факел. В ночной тишине громко лязгнули латы, и он решительно снял с себя все, кроме кольчуги и нагрудника, и приторочил доспехи к седлу. Дрисколл одобрительно ухмыльнулся — он никогда не надевал ничего тяжелее меховой накидки, потрепанной туники и лосин.
Гэлан продолжал поиски, проклиная ночную тьму, ощупывая развороченную землю и не замечая, что сам вымазался в крови.
— Рассредоточьтесь и обыщите округу — вдруг здесь есть пещера или хижина. Куда-то же они успели скрыться! Да поосторожнее там с факелами!
Воины отправились выполнять приказ, а Гэлан вернулся к Серому. Вскоре выяснилось, что они снова искали впустую.
На околице разграбленной деревни все еще дымилось несколько домов. Жители встретили его мрачными взглядами, однако не решились пустить в дело камни, зажатые в мозолистых кулаках. Гэлан грозно глянул на крестьян и обернулся к Дрисколлу, приказав расспросить одного из них.
— Он хочет знать, зачем ты приказал своим людям на них напасть?
Гэлан послал Серого вперед, так что крестьянин испуганно отшатнулся, не спуская с Пендрагона разъяренного взгляда и выставив перед собой вилы.
— Они что, похожи на них? — Гэлан махнул рукой на двух рыцарей, по его приказу подъехавших вплотную. — Расскажи мне все, что успел запомнить!
Мужчина разразился целой речью, и Гэлан почти ничего не понял. |