— Мне больше заняться нечем? — поморщился Гончая. — Нет, не делал. И не собирался.

— Эх, жаль, такая была бы красивая версия, — не слишком расстроившись, вздохнул я. — Аморалеса бы третьим взяли. Кстати, об Аморалесе! Эта огненная скотина не появлялась?

— Так вы же вместе были? — вскинул брови маг Разума.

— Были, — я поморщился. — Только это чудо умудрилось влюбиться и потеряться, — и я вкратце объяснил, как умудрился потерять даймона, для чего по общему мнению нужно было изрядно постараться, и заодно отчитался о результатах поездки. Благо, в сухом остатке выходило совсем немного. — Так, вот я тут с вами сижу, а меня там, между прочим, очаровательная девушка ждёт! — опомнился я.

— Та самая? — оживлённо поинтересовался Шон.

— Да. Только смотреть нас не надо, уже Аро всё сказал, что мог. Ты же не будешь сомневаться в его словах? — ехидно уточнил я.

— Кто я — сомневаться в словах воплощения Разума? — он смиренно развёл руками. — Ладно уж, беги, влюблённое создание. Весна на вас, что ли, так дурно влияет? — пробурчал начальник себе под нос.

— А то! — хмыкнул я, уже выскакивая из комнаты.

Насвистывая весёленький мотив весьма известной народной песенки, я бодрым шагом отправился по коридору. Настроение отчего-то стало лёгким и радостным. То ли чары грифона окончательно подействовали, то ли просто хандрить надоело. В общем, я, кажется, окончательно смирился с тем, что происходит вокруг, и решил отдаться этому процессу совершенно добровольно. Как говорится, если изнасилования не удаётся избежать, стоит расслабиться и попробовать получать удовольствие, что я и собирался делать.

— Привет. Не успела заскучать? — весело окликнул я художницу. Она вздрогнула, отрываясь от разглядывания какой-то газеты.

— Ты что такой радостный? — удивилась она. — С твоим другом всё в порядке, поэтому?

— Да, нет, — отозвался я, беспечно цепляя её за руку и вытаскивая из кресла. — В том смысле, что — да, с ним всё в порядке, и — нет, радостный я не поэтому. Я и так знал, что с ним всё нормально. Просто… Жизнь прекрасна и удивительна, что расстраиваться-то? — я пожал плечами, увлекая Марену к ближайшему выходу на улицу. То, что я ни разу не был в госпитале, не мешало знать наизусть план Управления. — А с тобой-то что случилось, пока меня не было? — я растерянно покосился на отчего-то буквально пунцовую девушку, старательно отводящую взгляд.

— Ничего, — пробурчала она себе под нос. Потом вздохнула. — Всё-таки, ты мужчина…

От такого заявления я едва пополам не сложился, хохоча.

— Ой, спасибо, обрадовала. А у тебя возникали какие-то сомнения по этому поводу? Кошмар! Надо срочно что-то делать, за девушку принимают!

— Тьфу, ну, ты и дурак! — раздражённо фыркнула она, краснея ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда дальше?

— О, вот ещё одно открытие! — ухмыльнулся я. — Ты мне можешь внятно объяснить, что случилось?

— Нет, определённо, все мужчины — тугодумы, — проворчала девушка. — Неужели не ясно? — я беспечно тряхнул головой. Может, конечно, если подумать, я бы и догадался, но гадать не хотелось. Хотелось немножко помучить рыжую вредину. Ладно, может, она и не вредина, но помучить хотелось. В конце концов, что за глупости? За ней такого раньше не водилось. — Ты схватил меня за руку!

На этом месте я резко остановился, будто врезавшись в стену.