— А что вы на меня так смотрите? — наконец догадался поинтересоваться я.

— Вашу ж Силу… — сумел выдавить Салем. — Блэйк, честно говоря, я тебя сначала не узнал!

Я криво усмехнулся.

— Это в честь чего?

— А он тебя в мундире не видел никогда, — пакостно захихикал Энрике. — И вообще при параде.

— Да, признаться, я как-то не ожидал от Блэйка подобного, — хмыкнул варвар.

— Какого — подобного? — вскинул бровь я.

— Что ты можешь быть не взъерошенным, прилично одетым, да ещё и не сутулиться, — продолжал веселиться даймон.

— Ну… слишком грубо, но да, — вздохнул старший Гончая. Я только махнул рукой и рухнул на стул, расстёгивая китель.

— Ух, а если ты про него ещё одну интересную вещь узнаешь, — продолжал Аморалес, насмешливо косясь на меня. Ждал, что начну возмущаться? Да к демонам его! Что он может про меня такого страшного сказать, чего окружающие не знают?

— Например?

— Например, ты в курсе, что он у нас самый натуральный и всамделишный граф?

— Блэйк? — подозрительно покосился на меня Гор. — Граф? У которого в доме из прислуги приходящая кухарка, и всё?

— Ты слишком плохого обо мне мнения, — улыбнулся Салем. — Ты думаешь, я не знаю, с кем работаю, что ли? В отличие от тебя, я знаю практически всех сотрудников Управления хотя бы по кратким характеристикам. А уж ваш отдел — по полным. Это Гор может себе позволить не интересоваться. Кстати, рискну предположить, что как раз Блэйк тоже с личными делами осведомлён. А, Блэйк?

— Бегло, — отмахнулся я, вновь прикладываясь к бутылке. Китель к тому времени уже был расстёгнут, развязан шейный платок и сняты перчатки.

— Блэйк, да что ты такой взбаламученный? — нахмурился Рико. Потом лицо его просветлело. — Что, твоя подружка тебя бросила? Кстати, почему ты раньше не говорил, что знаком с такой красавицей?

— Извини, Рико, мне как-то не приходило в голову сообщать тебе обо всех моих знакомых красавицах. Тем более вот конкретно за эту красавицу я набью тебе морду. Вульгарно, руками.

— Да за кого ты меня принимаешь? Сроду никогда девушек у друзей не отбивал! — праведно возмутился даймон. — Просто я как-то полагал, что ты холостой, — он хмыкнул.

— А я холостой, — я вздохнул. — И набью тебе морду именно потому, что она не моя девушка, а мой друг детства, что значительно важнее.

— Тем более возмутительно, что ты раньше о ней вообще ничего не говорил!

— А ты, кстати, зря тараторишь, — с настороженным прищуром покосился на меня Салем. — Блэйк, выкладывай, что случилось?

Я кивнул, вновь хлебнул из бутылки.

— В двух словах — опять всплыла эта картинка. Причём при более чем странных обстоятельствах…

— Давай с самого начала, — решительно кивнул Гончая.

— Да особо и рассказывать нечего, но эта история мне не нравится чем дальше, тем сильнее. Я только что с выставки. Молодая и крайне талантливая, на мой взгляд — и вовсе гениальная, художница, открытие года и всё такое. У неё есть картина, написанная довольно давно — я пока время точно не выяснял. На этой картине… в двух словах — зеркальный коридор, из глубины которого проступает этот символ. Картина называется «Врата».

— Что-то не нравится мне такое название в данном контексте, — пробормотал Гор, высказывая общее настроение.