Пока питомцы бодро валяли друг дружку по каменному полу, Дримм решил прикончить наконец прихваченную в дорогу книгу — весьма интересное, не говоря уж о том что полезное чтиво на дварфском языке. Книга содержала сотни рецептов зелий на основе разных трав, семян, толченых минералов, окисей и многого другого, причем не лечебных зелий или наоборот каких-нибудь жутких отрав, а предназначенных для более приземленных нужд: для обработки кож, тканей, пряжи, нитей, для черненния, воронения, травления, для закалки металлов, для удаления примесей из них же, для варки стекла, для обработки различной керамики до и после обжига и так на триста с лишним страниц. К сожалению Дримм не рассчитывал на столь долгое путешествие, рассчитывал на 2–3 дня, а тут уже шестой на подходе, так что мало чего осталось приканчивать — полчаса, хотя скорее 20 с небольшим минут и он захлопнул прочитанную от корки до корки книгу. Еще десяток минут разбирался с книжным наследством, то есть читал и считал все эти скучные проценты, а то и доли процентов во многих второстепенных навыках и умениях: с одной стороны, книга немало ему дала, с другой, ничего способного пригодиться в ближайшей, да и отдаленной перспективе, но опять же таки фейри не считал, что потратил время зря — лишних знаний не бывает.

Освоенная книга отправилась в мешок, а разобравшийся с интерфейсом Дримм огляделся по сторонам: хорошо потрудившийся Послушный исполнял одну из главных солдатских заповедей, то есть крепко дрых; Дочка мучила йо-йо и приглядывала за некроманткой, та все еще ментально находилась где-то далеко, по прежнему игнорируя окружающий мир. Фейри немного подумал, поискал себе занятие, выпил вина и прилег на спальный мешок, рассчитывая и в самом деле задремать, но сон не шел, и он, заложив руки за голову, принялся думать, размышлять, суммировать все, что ему известно о том, с кем им предстоит встреча, то бишь о Термезе хозяине этого места…

* * *

Никто точно не знает, когда Смерть решила родить сына, почему Приходящая Ко Всем Госпожа приняла это решение, кто был отцом и был ли он вообще — слишком давно это было, на самой что ни на есть заре времен. Как это все происходило, рожала ли Смерть как обычная баба и кто в этом случае принимал и перерезал пуповину или процесс рождения бога протекал совсем по другому тоже никто не знал, примерно по тем же самым причинам или возможно кто-то все же знал, но не смог передать это знание. Одно известно абсолютно точно: родившийся бог сразу, просто по факту своего происхождения, занял исключительное место среди богов Серединного мира, место наследника, представителя и проводника воли своей Великой Матери. Новорожденному Термезу не пришлось отвоевывать свой престол, силу и власть у схожих по функциям богов разных рас, народов и племен — все они склонились перед истинным Сыном Смерти, признав его власть над собой и с тех самых пор их не называли богами, но и не забывали совсем, почтительно именуя —''Незримыми'' и ''Глядящими из Темноты''. Только представьте: тысячи и тысячи потерявших свое имя и свободу воли, но сохранивших силу бывших богов служили Термезу… Ни один другой бог не имел такой впечатляющей свиты! Из кусков многих тысяч мертвых миров Термез создал свой великий единый Мир Мертвых и стал его бессменным Владыкой. В мудрости и терпении подобный своей Матери Жнец не стремился подчинить себе Серединный мир и стать в нем единственным богом, хотя из всех настолько древних и могучих богов он пожалуй единственный имел на это шанс. Нет, Жнецу хватало власти и силы и он не посягал на власть, силу и обязанности других богов, но и обид никому не прощал. Впрочем чинить обиду или бросить вызов могучему Сыну Смерти мало кто решался — каждый из богов Серединного мира помнил, рано или поздно, пускай через миллионы лет, но он предстанет перед Белой Госпожой и ее ничего не забывающим сыном. Многие знали как выглядит Смерть, по крайней мере 777 ее любимых воплощений были описаны довольно подробно и во многих источниках — как выглядит ее сын не знал никто.