Изменить размер шрифта - +
Многие знали как выглядит Смерть, по крайней мере 777 ее любимых воплощений были описаны довольно подробно и во многих источниках — как выглядит ее сын не знал никто. Огромная тень с серпом в руке, а что под ней?! Мужчина или женщина?! Чудовищный монстр?! Тьма?! Или что-то иное, непереносимое, непознаваемое для разума смертного?! Любой путник, любой попутчик, любой скрестивший с тобой меч воин, любой, с кем ты заговорил, с кем ты дружил, кого любил, мог оказаться богом Смерти, и истинно верующие его последователи учитывали это всегда и везде. А еще Термез был богом щедрым и не возражал, когда смертные отщипывали частичку его власти: мало кто теперь вспоминал, что ВСЕ первые некроманты вышли из его жрецов, но и теперь все пошедшие по пути Смерти почитали его куда выше других богов, приносили ему жертвы, проводили обряды служения ему. Вот таким вот он и был Термез, Владыка Мира Мертвых, старательный Жнец Смерти и ее же верный сын.

 

* * *

Размышления о божественном очень способствуют сну — Дримм и сам не заметил как провалился в глубокий черный омут. Снилась ему совершеннейшняя ерунда, какой-то дикий калейдоскоп из не имеющих никакого смысла видений: огромная серебряная луна, абсолютно не похожая ни на полузабытую луну Земли, ни на разноцветные луны Серединного мира…. он на море, стоит на палубе корабля, ему кланяются какие-то оборванцы с бритыми башками, зато в отличие от рванины оружие у них выше всяких похвал и у каждого из них его хватит на пятерых…. он верхом на огромном злобном драконе, до размеров которого его Дару как до луны, из пасти дракона льется даже не огонь, а раскаленное нечто, от которого как вода кипит земля, справа стена пара — от чудовищного жара испарятся-усыхает расположенное неподалеку озеро и еще, он сам почему-то поет и его переполняет радостный восторг… русоволосая женщина в белой с вышивкой рубахе кормит грудью ребенка, хочет поднять голову и исчезает, прежде чем он увидел ее лицо… он о чем-то беседует с Эллемакилом, Таурохтаром и Варом, вокруг множество как знакомых, так и незнакомых эльфов, орков и людей, входят Морнэмир и Карамелька… свадебный обряд, на месте невесты Туллиндэ, в подружках невесты Василиса, проводит обряд Людмила, а на месте жениха, вот неожиданность (!), сам Дримм, вокруг многотысячная толпа, слышны крики и перезвон десятков, возможно и сотен колоколов, они с Туллиндэ целуются….. и тут же Туллиндэ наносит могучий удар, он едва его отражает, магия Смерти против магии фейри, они бьются как смертельные враги, лицо Туллиндэ искажено безумной ненавистью… у него на руках очень красивая женщина с синей пеной на губах, женщина мертва, мертва недавно, он плачет, роняя слезы на еще теплую кожу… снежный лес от горизонта до горизонта и так во все стороны… прекрасный город посреди тундры…. горящие парусные корабли… мордатый мужик со смешно смотрящимися эльфийскими ушами на фоне густой курчавой бороды… взгляд с высоты на невероятно огромный и чем-то неуловимо знакомый город… он сидит на троне, а перед ним жутко бородатые личности в расшитых золотом халатах и огромных чалмах… тот же зал, но вместо бородачей худой и высокий человек, человек ли (?), неизвестный что-то ему говорит гордым и в то же время просительным голосом… калейдоскоп из десятков городов, некоторые из них знакомы и незнакомы в одно и то же время… небольшая группа людей, белые облегающие костюмы словно прямиком из фантастического фильма про космос, за ними какие-то огромные конструкции на фоне ровного как стол поля… гигантская, многосотметровая статуя Трооатэны посреди ночной, безлюдной пустыни, бог войны изображен в своем женском обличье, довольно откровенно изображен… снова пустыня, возможно та же самая, но уже жарким днем — вместо Трооатэны такой же величины статуя Термеза… Дримм идет по прекрасному саду, его сопровождают несколько знакомых членов клана и спецназовцев, но в основном вокруг азиаты в крайне неудобной, объемной, чересчур пышной одежде, непонятно как они умудряются в ней ходить… перед ним трое мальчишек и девчонка со странно бело-матовой кожей и молочно-белыми волосами, он отчитывает их за какой-то проступок, неподалеку сидит Василиса и хрустит большим красным яблоком….

Быстрый переход