— Я думаю, ты слишком строга к ней, — сказал Сорак.

— Возможно, но ей будет намного лучше ехать с Торианом, чем идти с нами через пустоши. Что мы выиграем, если возьмем ее с собой? Или ты поддался чарам ее красоты?

— Ревность тебе не к лицу, Риана, — сказал Сорак. — Если бы я мог «поддаться чарам» какой-нибудь женщины, этой женщиной была бы ты. Но ты знаешь, этого не будет никогда, как бы я этого не хотел. Я добиваюсь вовсе не красоты Коранны, но хочу через нее выйти на Союз Масок Нибеная. Она может сделать нашу задачу намного легче.

— То есть вместо того, чтобы стать пешкой Ториана, она будет нашей, — сказала Риана.

— Нет, это несправедливо, — запротестовал Сорак. — Она хочет вернуться домой, к ее друзьям из Союза, единственным друзьям, которые у нее есть. Они смогут защитить ее и обеспечить ей настоящий дом. Мы приведем ее к ним. И за это мы просим только одного — познакомиться с ними. Это более чем честный обмен, и никто никого не использует.

Риана глубоко вздохнула и тяжело выдохнула. — Я не могу спорить с твоей логикой, — сказала она. — Но мне не слишком нравится переспектива волочь избалованную принцессу через Каменные Пустоши. Путь будет достаточно опасен, даже и без нее.

— Верно, — согласился Сорак. — Но даже если мы отбросим тот факт, что она может помочь нам достичь нашей цели, ты сама знаешь, как и я, что мы делаем то, что нужно. Изнеженная или нет, избалованная или нет, принцесса не принцесса, она наш товарищ, сохранитель, и мы не можем пропустить мимо ушей ее просьбу о помощи.

— Нет, не можем, — со вздохом сказала Риана. — И она тоже это знает. А если ее поймают в тот момент, когда она попытается убежать?

— Тогда мы не будем делать ничего, — сказал Сорак. — Она рискует, делает рискованную ставку на свою свободу. Кроме того, это прекрасная возможность проверить ее решимость следовать ее клятвам сохранителя. Мы будем ждать ее, пока до рассвета не останется час. Если она не придет, мы уходим без нее. Ложись и отдохни. Наблюдатель останется на страже.

Им не пришлось долго ждать. Лагерные костры почти погасли, караван улегся спать, на оазис опустилась тишина. Вскоре после полуночи Риана пробудилась, когда рука Сорака мягко сжала ее руку. Она мгновенно проснулась, села и увидела, как он прижимает палец к своим губам. Мгновением позже она услышала звук легких шагов, приближающихся к ним. Почти невидимая в ночи, сгорбленная фигура в темном плаще быстро шла по земле, что-то разыскивая.

— Коранна, — едва слышно сказал Сорак, когда она подошла ближе.

Она мгновенно замерла на месте, потом увидела их и почти бегом бросилась к их стоянке под пальмами.

— Вы ждали меня? — удивленно спросила она. — Потом на ее лице промельнуло выражение понимания. — Конечно, — сказала она, глядя на Риану. — Ты прочитала мои мысли.

Прежде, чем Риана успела ее поправить, Сорак сказал. — Мы не можем терять время. Мы уходим немедленно. Я пошел за канком. — С этими словами он исчез в темноте.

— Я глубоко благодарна вам за помощь, — сказала Коранна. — И я могу понять причины для спешки. Наемники Энке немедленно погонятся за нами, когда они поймут, что я убежала. Мы должны выиграть время, чтобы оторваться от преследования.

Риана не сказала ничего. Она просто глядела на принцессу, которая не принесла с собой ничего: ни еды, ни вещей, даже меха с водой. Украшенный драгоценностями кинжал, который она носила на поясе, был украшением, а не оружием. Очень сомнительно, что она умеет им пользоваться.