Сирена оказалась неплохим спутником. Как я уже упоминал, она была русалкой, но, когда было необходимо передвигаться по суше, могла использовать и ноги. Многие из русалок часто так поступают. Сирена приготовила нам ужин из рыбы и морских огурцов и уложила спать на мягких сухих губках.

Следующим утром мы отправились брать Горгону. Все, кроме меня шли с завязанными глазами, а я использовал магическое зеркало, которое отражает все, кроме заклятия окаменения. Такое магическое свойство называется поляризацией.

Горгона оказалась столь же очаровательна, как и ее сестра. Это была женщина в полном смысле слова, то есть рыбьего хвоста у нее не было. Вместо волос извивались и клубились маленькие змеи, прелестно обрамляя личико. Она была столь же наивна, как и Сирена, и не сознавала причиняемого ею зла. Весь остров был уставлен каменными изваяниями, а она думала, что мужчины оставляли их ей на память.

Я пытался объяснить ей, в чем дело, но ее красота, отраженная в магическом зеркале, положительно смущала меня. Меня так и подмывало, взглянуть на нее прямо, но я не осмелился это сделать.

– Мужчины не должны больше приходить сюда, – сказал я. – Они должны оставаться дома, со своими семьями.

– А не мог бы хоть один прийти – и остаться? – жалобно спросила она.

– Боюсь, что нет. Просто мужчины, как бы это сказать... Они не для тебя.

Какая трагедия! Любой мужчина влюбился бы в нее без памяти, если бы за миг до этого не окаменел!

– Но я могу дать столько любви!.. Если только мужчина останется. Хотя бы один, совсем малюсенький! Я ублажала бы его все время, я сделала бы его таким счастливым...

Чем дольше я с ней беседовал, тем труднее мне приходилось.

– Ты должна отправиться в изгнание, – сказал я. – В Мандении твоя магия рассеется.

Но она об этом и слышать не хотела.

– Я не могу покинуть Ксант! Я люблю мужчин, но родина мне дороже! Если другого выхода нет, то – умоляю тебя: убей меня и прекрати мои мучения!

Я был испуган.

– Убить тебя? Я не смогу это сделать! Ты – самое прелестное существо, которое я видел, пусть даже и через зеркало! Будь я помоложе...

– Но вы еще вовсе не стары, сэр! – запротестовала она. – Вы весьма привлекательный мужчина.

Мои спутники, слушавшие все это с завязанными глазами, крякнули и закашлялись. Меня это даже несколько раздосадовало.

– Ты льстишь мне, – сказал я, будучи и впрямь польщен. – Но меня ждут другие дела.

Я чувствовал, что разговор затягивается. Общение с Горгоной грозило мне сразу двумя опасностями: либо тело окаменеет, либо сердце размякнет.

– Из всех приходивших ко мне мужчин один только ты захотел поговорить со мной, – страстно продолжала она. Змейки на ее голове с интересом разглядывали меня через зеркало. – Я так одинока! Умоляю, останься со мной, и я буду любить тебя вечно!

Тронутый девичьей мольбой, я уже хотел обернуться, но вовремя был остановлен моими товарищами, сообразившими, что я собираюсь сделать. И я сдержался, хотя мысль о любви такой прелестной женщины была весьма соблазнительна. Я так устал от одиночества!

– Горгона, если я взгляну на тебя прямо...

– Подойди, закрой глаза, если не можешь иначе, – сказала Горгона, все еще не понимая, какую опасность она представляет для мужчин. – Поцелуй меня. Дай мне излить всю свою любовь! Малейшее твое слово будет для меня законом – только останься!

О, какое искушение! Внезапно я еще острее ощутил гнет одиночества.