|
Его мать была, грубо говоря, чертовка. Так что ничто человеческое ему не чуждо. Вспомним, что обычные людоеды гордятся обычно тремя своими качествами: неистовой силой, гротескной уродливостью и чудовищной тупостью. Но глубоко внутри у Хрума таились чисто людские качества: слабость, обаяние, ум. Различи он все это в самом себе – и на нем бы все блохи изжарились, так бы он жарко покраснел. Но даже в скрытом виде эти качества исподволь тревожили его. Хрум хотел знать, как снова стать довольным собой и жизнью, а у меня не было удовлетворительного Ответа, потому что я знал, что никогда не будет доволен собою тот, кто людоед лишь наполовину.
Хрум вырос неподалеку от Замка Ругна и был другом Принца Дора и Принцессы Ирен. (Дор считался Принцем, потому что владел магией, достойной Волшебника, и был назначен наследником престола. А Ирен звалась Принцессой, будучи дочерью Короля и Королевы. Некоторые понятия в Ксанте крайне размыты и неопределенны.) Так что Хрум мог нахвататься человеческих чувств и от сверстников. Да и в конце концов ни один нормальный людоед не пришел бы ко мне в замок за Ответом. Итак, я споткнулся на двух Вопросах одновременно. Как я мог освободить Тэнди от притязаний демона и как я мог заставить Хрума снова радоваться жизни? Решение сверкнуло, как молния. Оно опалило край одного фолианта и заставило мигнуть магическое зеркало. Проморгавшись, я уже все для себя уяснил: оба Вопроса взаимно уничтожались! Если Тэнди заведет себе дружка‑людоеда, то демон еще подумает, а связываться ли с этой волосатой дубиной! А если Хрум подружится с девушкой‑полунимфой, то поневоле начнет ценить в себе человеческие качества. И она защищена, и он доволен. Когда я открыл им Ответы, оба сначала просто меня не поняли. Им надлежало путешествовать вместе. Для Хрума это также было и службой. Тупость Хрума помешала ему передать словесно, что водить дружбу с теми, кем питаешься, для него предел падения. Тэнди выразилась куда точнее: – Он меня слопает, и мы никогда с тобой больше не увидимся! – сказала она Горгоне. С ними стряслось то, что я бы рискнул назвать предварительным приключением: Хрум оказался настолько людоедски туп, что заглянул в дырку гипнотыквы. Естественно, что он тут же попал в царство ночного бреда, но по тупости своей даже не смог испугаться и нанес кошмарным сновидениям значительный ущерб. Он вконец запугал бродячих скелетов, которым было как‑то непривычно, что их норовят обглодать. Один из них по имени Мозговая Косточка бесследно пропал именно в это время. В конце концов на людоеда вышел сам Сивый Мерин, и Хрум лишился половины души. И все‑таки Хрум защитил Тэнди и даже произвел на нее впечатление. Они поженились, и, когда Тэнди исполнился двадцать один год, аист принес сына Эска, моего правнука. Людоедом он был всего на четверть и выглядел вполне по‑человечески, если только не выходил из себя. С ним лично я так и не встретился, о чем сожалею. Но кто внес в мою жизнь больше всего беспокойства – так это Сивая Кобыла Бреда. Создание крайне древнее, она выглядела как маленькая лошадка. Во время суматохи, учиненной Хрумом в царстве ночного бреда, она взяла половину души у кентаврицы Чем (дочери Честера и Чери) и так и не вернула. В итоге она стала слишком мягкосердечной, чтобы успешно насылать ночные кошмары, и была допущена в мир Ксанта. С двумя целями: передать Королю Тренту послание, гласившее «Берегись Всадника»; и увидеть радугу. Всадник был существом, умевшим сочетать сущности человека и коня, не сливая их при этом воедино. Его талант заключался в том, что он мог приковывать взгляд человека к дырочке в гипнотыкве. Таким образом он приковал к тыкве Короля Трента, и тот не смог из‑за этого править дальше. Тем временем из Мандении накатила Очередная Волна, поскольку Щит уже не защищал границу Ксанта. Всадник работал на Волну. Трудные времена настали в Ксанте. Когда корону принял Дор, Всадник сделал с ним то же самое. |
