– Как же ты без ключа? Ключ‑то здесь, вот он!

– Он висел на той стороне, – сказала она. – Должно быть, здесь два ключа.

– А Мари‑Анна осталась там одна с Д.Метрией? – Я был встревожен.

– Метрия физически людям не вредит. Только словесно и с помощью иллюзий. И эта игра ей уже, видимо, надоела. – Дана огляделась. – Странно, что мы не можем проникнуть сквозь эти заросли. Обычно для демонов твердые тела – не преграда. Должно быть, здесь не обошлось без специальной магии.

Затем сквозь дверь к нам влетела Мари‑Анна. Я вовремя подхватил ее.

– Это было так... – начала она.

– Неожиданно, – закончил я.

И мы принялись озираться. Заросли смыкались над нашими головами высоким куполом. Сияние дня просеивалось сквозь густую листву. Кругом расстилались заросли мандарики, усеянные сочными ягодами.

– Какое прелестное место! – воскликнула Мари‑Анна. – Давайте поедим ягод перед дорогой.

Мы углубились в кусты, срывая ягоду за ягодой. Дана – тоже.

– Вот не думала, что есть ягоды так забавно, – сказала она. – Вообще‑то мне пища не нужна, но не пропадать же добру!

– А что происходит с тем, что ты съела? – полюбопытствовал я.

– Просто находится во мне. Это пока я в твердом состоянии. А когда испаряюсь... – Она испарилась. – Просто падает на землю.

И, действительно, на землю упала горстка жеваных ягод.

Мы наелись вволю. Ягоды были удивительно вкусные. Затем Мари‑Анна вскрикнула.

– Что? – спросил я, бросаясь к ней.

Она указывала на лежащую под кустом горку костей.

Подошла Дана.

– Ого! – сказала она. – А кости‑то человеческие! Теперь понятно, что случилось с теми тремя пропавшими поселянами.

– Неужели ягоды ядовиты? – ужаснувшись, спросил я.

– Нет, насколько я могу судить, – ответила Дана. – Мы, демоны, кое‑что смыслим в ядах.

– Тогда почему они умерли? – дрожа, спросила Мари‑Анна.

– Может быть, какой‑нибудь людоед... – предположил я, нервно озираясь.

– Давайте уйдем отсюда, – сказала Мари‑Анна.

Мы двинулись к двери. Но там, как раз между ней и нами, стояла стая свирепых тварей. У них были волчьи головы и паучьи тела, и каждый зверь достигал половины человеческого роста.

– Пауки‑волки! – воскликнула Дана. – Меня они не тронут, а вам, по‑моему, пора спасаться!

– Теперь‑то мы знаем, как погибли сельчане, – мрачно сказал я, доставая нож. Жалкое оружие!

Пять пауков выстроились в линию. Один остался стеречь дверь. Вне всякого сомнения, твари были опытные; и их действия, и кости под кустами – все подтверждало эту мысль.

Мари‑Анна вцепилась в меня.

– О, Хамфри, что нам делать? Я не могу вызвать коней, они просто не смогут сюда попасть!

Я стиснул нож. Теперь он казался мне еще более жалким, чем раньше. Во‑первых, я не был бойцом, во‑вторых, клинок был не длиннее, чем клыки моих противников. Даже если мне посчастливится нанести смертельный удар, это остановит лишь одного паука.

Куда бежать? Поляна была окружена зарослями со всех сторон и представляла идеальное место для паучьей охоты. Нам оставалось лишь драться и погибнуть в бою, как это случилось с тремя сельчанами.

– Держись сзади, – сказал я Мари‑Анне. – Я попробую их отвлечь, а ты постарайся проскользнуть к двери.

Я сам не верил в успех такого маневра, но другого выхода не было.

– О, Хамфри, я люблю тебя, – сказала она.