Выбрать контракты и предстать перед чужими глазами Мастером второй звезды? Со всеми своими подарками древнего духа Каори? С Формой Единения? Со Звёздным Клинком?

Бывало, что я не скрывал своей силы, даже заявлял, что сильней, чем был на самом деле. Но сейчас не тот случай. Совсем не тот.

Парни угомонились, затихли у стен, молча жевали походные пайки. Над ними то и дело вспыхивали символы в моих Указах. Не только Верность, но и целые строки. Указание молчать об их прошлом, запрет бежать от меня, запрет говорить, намекать и сообщать о моих Указах или моём таланте. Этот день, в который вместилось моё новое знакомство с братьями Юрвеем и Юрлемом под куполом Фонтана, короткое сражение с Хотием, переход к этому месту, на многое открыли мне глаза.

Например, на то, сколь многими способами можно обойти запрет молчать об Указах. Особенно старался Юрвей и тот наглый парень из его команды со шрамом на голове. Бирок. Впрочем, они лишь раз за разом заставляли меня нырнуть рукой за ворот брони, да делали меня опытней в применении своих сил. Стоило им начать с усмешкой спрашивать: «Навечно?» и тыкать надо собой пальцами, многозначительно намекая о чём идёт речь, как слово «говорить» дополнилось «намекать».

Затем Бирок вернулся из кустов бледным, словно молоко. Будто он там не отливал, а голыми руками сражался со Зверем. Удивлённый, я оглядел его и заметил ещё и мокрый ворот халата под бронёй. Пришлось идти в кусты. Нашёл за ними на песке своё описание и сообщение, что я владею Указами.

Тем, как сильна оказалась решимость Бирока, что он терпел боль от Верности, рисуя своё сообщение, я оказался поражён. Не будь он человеком, что убивал слабых, чтобы заработать, я бы даже зауважал его. Результатом его превозмогания, правда, стала ещё одна строка в Указах над остальными — запрет сообщать о моём таланте: писать, рисовать, показывать знаками.

Даже для меня, с запасом духа в «пустых» Указах над собой, создание такого количества запретов и условий над десятью парнями стало очень сложным делом. Не будь истаявшего запаса, это вообще бы заняло у меня не один день. Слишком уж много отнимали символы обычного языка, не сравнить с символами Древних.

Беда в том, что Верность, на которую я до этого возлагал столько надежд, подводила меня. И каждый раз внося новое условие, чтобы обрубить очередную уловку упорного Юрвея и Бирока, я с потрясением и даже ужасом вспоминал о том, сколько людей знают обо мне на землях Саул. А ведь со всеми ими я обошёлся простым запретом рассказывать о себе.

Мой отряд наёмников. Который уже почти месяц ходит по дорогам сам по себе. Только с Верностью над собой. А с ними ещё и те их родные, которых я позволил вытащить из Ясеня. На тех вообще нет ничего из моих Указов. Перед ними можно тыкать пальцем над головой, написать на бумаге всё, что обо мне известно.

Шкура дыбом становится, едва я начинаю думать о том, что стоит мне только выйти с Поля Битвы, как меня начнут искать все. И Саул, и Тамим, и Орден, и Гарой. Наверняка многим нужен мастер Указов, который может делать больше, чем обычный. Впору будет самому искать Лира Гарой и проситься ему под руку. Хотя и в этом смысла не будет. Решения о моей судьбе будут принимать явно не молодые таланты, а морщинистые старейшины.

Однажды я уже стоял перед такими, кричал, что талант, гений и во мне будущее их фракции, и их Ордена. Тогда они решили, что Орден отлично проживёт и без такого наглого парня, как я, каким бы талантливым он ни был. Им проще оказалось убить меня. Кто поручится, что такого не случится и сейчас?

Вечно ходить под чужим именем и с чужим лицом?

Пока единственным выходом мне кажется выполнить поручение, затем принять предложение Стража Клатира о его задании, до которого не дошло дело у костра.