Хатий переспросил:

— Я, старший?

— А кто? Я? Заодно заберёшь награду Домару.

Хатий помедлил, но в этот раз удержался от взгляда в мою сторону, пожал плечами и махнул рукой:

— Братья-идущие, вперёд. Здесь будет ваша служба господину.

Это тоже было всё ожидаемо. Домар явно пообещал отдать и старшего своего отряда. Контракт в один конец для всех.

Впереди шёл тот чужак-Мастер, что говорил с нами, следом за ним мы. Я пристроился в середине, за Веем. Шагнул в проём, идущий на восток. Снова напомнил себе, что рано. Кто знает, куда ведёт этот коридор и последний ли это переход.

Сейчас я больше жалел о своей излишней осторожности. Но кто же знал, что история с поместьем Домара повторится? Там у меня и родных даже не подумали проверить карманы, не заподозрили, что у нас больше кисетов, чем мы показывали.

Здесь же этому Мастеру ещё больше было на нас плевать. Ему не было дела до того, что на поясах у нас висели зелья, на шеях артефакты, а у кого-то артефакты могли оказаться и в карманах.

А вот моя осторожность привела к тому, что мой самый важный артефакт — фигурка, что должна позвать на помощь Стража Клатира, лежит в спрятанном кисете, а не в кармане.

Но в чём я оказался прав, так это в том, что такие дела с тайной доставкой людей на Поле Битвы не могут держать в своих руках глупцы.

Десятки раз мы поворачивали, трижды выходили в почти точных копиях первого подвала, каждый раз оставаясь в них на несколько сотен вдохов.

Затем мы оказались в большом круглом подземном зале. Здесь не нужен был свет, что всё это время несли двое чужаков. Здесь в центре потолка и без того мерцал холодным синим светом огромный кристалл.

Стоило мне поднять на него взгляд, как кристалл засиял втрое сильней, выходы перегородила мутная пелена формации. Мир вокруг дрогнул на миг, словно качнулся, через зал пронеслась смутно знакомая фиолетовая завеса. Вокруг принялись сыпать проклятья парни, да я и сам едва удержался, когда ощутил, как что-то поползло по шее.

Рванул ворот, ухватился пальцами, ловя непонятную тварь. Но в пальцах оказался лишь мелкий пепел. Несколько мгновение я непонимающе глазел на него, потом спохватился и снова ощупал шею. От амулета Тихих Шагов, которым я прикрывал цепочку, остался лишь толстый кожаный шнурок. Сама пластина артефакта рассыпалась пеплом. И дело не в том, что он был сделан ещё в Первом поясе и так плох. У парней та же самая беда.

Предусмотрительно. Но фигурка стража в кисете, а он цел. Не только у меня, но и у Хатия, да и сами трое проводников по этим подземным коридорам спокойно стояли рядом с нами. У них гораздо лучшего качества артефакты или всё тоже сложено в кисеты?

Пелена формации на выходе исчезла, заставив меня впиться взглядом в открывшийся проход. Теперь я понял, почему фиолетовая завеса мне знакома. Миражный! Как и там, она перенесла нас в другое место. Мы сейчас совсем не в том же зале, что были. Пусть он точь-в-точь похож, но выход отсюда шире и ярко освещён приятным жёлтым светом.

— Шагайте, чего замерли? Эй, как тебя? Воин Домара, а ну подгони их.

Хатий встрепенулся, кивнул и хриплым голосом скомандовал:

— Вперёд, вперёд.

Этот коридор длиной оказался не более двадцати шагов. Вывел в огромный квадратный зал, свод которого подпирали два ряда колонн. Каждая толщиной как молодой Небесный Исполин — если и обхватить, то только втроём.

Это место явно было построено Древними: полированный разноцветный камень под ногами, резьба на колоннах, потолок, когда-то изображавший голубое небо, поднят над нами на десять ростов.

Но теперь здесь другие жильцы. Чистоту неба запятнали пятна копоти от костров. Зал заставлен ящиками и бочками. Полированный камень засыпан мусором. Десятки проходов, которыми были изрезаны стены, теперь грубо забраны стальными решётками.