Каждый удар откидывал руку Сарефа назад, но через миг он снова возвращал её в прежнее положение. Глубокая царапина, которую я нанёс первым ударом, раз за разом становилась глубже.

Я же лишь сжимал губы, ощущая, как нарастает жжение в меридианах, но не сдавался, пока очередной удар не вскрыл вместе с металлом и запястье Сарефа. А тот лишь торжествующе завопил:

— Ха!

Не обращая внимания на струящуюся кровь, подцепил пальцами браслет кандалов, потянул, хрипя от натуги. Ничего не вышло. Сареф разразился проклятиями, отбежал назад, к месту где был прикован. Ловко зацепил браслет за какой-то штырь и упёрся ногами в колонну. Снова ничего.

Я лишь покачал головой. На что он надеялся, видя с каким трудом я разрубил кандалы?

Сареф оставил свои попытки, зарычал:

— Бесполезно, всё бесполезно!

Меридианы чуть успокоились, поэтому я напомнил о себе:

— С этими штуками главное не снять, а разорвать кольцо металла. В них, похоже, вложено начертание или что-то вроде этого.

Сареф обернулся:

— Ты уверен, младший? Я по-прежнему не могу коснуться средоточия.

Я кивнул:

— На своём опыте. Подставляй другую.

И я не врал, просто не сказал всего. Моя цепочка с самого начала не запрещала мне использовать техники, может, его кандалы и действуют по-другому, но стоило мне разрубить первый, как я начал видеть над головой Сарефа дымку. Похоже, всё же Указы на нём есть. А раз есть, то он в любом случае поможет мне с поиском семьи, даже если захочет тут же убежать. И в сражении со здешними обитателями, из которых может выползать тьма.

Я ударил первый раз, стиснул зубы, оценив, как ожгло меридианы. Давно я не тренировал Умножение Техник с третьим созвездием Звёздного Клинка. Тело ослабло. Да я и использовал его так много раз подряд и в полную силу всего однажды.

Переведя дух, потребовал:

— Не молчи. Какой силы хозяин этого места?

Второй удар Клинком промазал, едва не отрубив руку Сарефу. Он ожёг меня злым взглядом:

— Осторожней! — спустя миг хмыкнул. — Предводитель.

Я опустил Верный, переспросил, глупо надеясь, что ослышался:

— Что?

Но Сареф медленно, с расстановкой повторил:

— Пред-во-ди-тель Во-и-нов.

Я развернулся, заорал:

— Юрлем, Юрвей, дарсовы отродья, вы где? Мама! Мама!

И запнулся, осознав, как глупо это звучит. У всех мамы. Нужно кричать так, чтобы меня узнали. И плевать на тишину, если сюда вот-вот заявится Предводитель.

— Леград! Леград здесь! Вы меня слышите?!

Меня ухватили за плечо, рванули. Я легко вывернулся, ударил в ответ. Сарефа откинуло на пять шагов, он схватился за грудь, закашлялся, с ненавистью выдохнул:

— Ты чего орёшь?! Не глупи, младший, — запнулся, продолжил уже другим тоном. — Не глупи, Леград. Сначала освободи меня, а потом ори. Я твоя единственная надежда.

Я оскалился:

— Ты?!

Сареф рыкнул в ответ:

— Да! Думаешь почему он меня не убил? На мне он тоже испытывал свои сраные эликсиры.

Я замер от пришедшей в голову мысли, уточнил:

— Он алхимик?

Сареф выпрямился, скривился:

— И не надейся, для этого у него есть отдельный человек. Сражаться он горазд, иначе не победил бы меня в прошлый раз. Но теперь всё будет по-другому.

Я обдумал его мысль, но не успел даже ухмыльнуться такой самоуверенности.

Рядом раздалось сдвоенное:

— Господин!

Это примчались братья. С двух разных сторон, но одновременно. Согнулись в поклоне, прячут глаза, вторят на два голоса:

— Хатия нашли. Но… Здесь нет ваших родных.