— Немного восстановилась, но применять ее часто — самоубийство. — Вздыхает, спускаясь кошка. — Я чувствую, как мы отдаляемся от источника Хаоса, и моя сила снижается.

— Не так уж далеко мы и ушли. — Хмурюсь, примерно прикидывая расстояние до прорыва.

— Возможно это и к лучшему. Я никогда не испытывала столь сильного и неконтролируемого давления. Будто котел с кипящим маслом, готовый в любую секунду плюнуть в тебя брызгами. Но сейчас уже спокойнее, не боюсь применять простенькие заклятья. — Подаю девушке руку, чтобы она могла спуститься, и та в ответ многообещающе улыбается. — Может вы и вправду другой человек, но нравитесь мне все больше.

— Это потому, что он твоей кошачьей природы не знает. — Усмехается Аи, спрыгивая с последних пяти ступеней. — Ты же кому угодно готова дифирамбы петь, лишь бы он служил твоим интересам. Господин забыл, как ты использовала Хироши и чуть нас не убила.

— Все верно, я ничего этого не помню, но верю в возможность людей меняться. Как изменился и сам. — Отвечаю, быстро осматривая коридор. Как сказала недавно Аи — «Чисто». Если не считать толстого слоя пыли, выхватываемого фонарем, куда не наведи луч. — Аварийный терминал должен находиться на этом этаже. И нам повезло что здесь пусто. Быстрее найдем источник, быстрее двинемся дальше. В ту сторону.

Соратники и сами могут видеть карту в интерфейсе, но предпочитают дождаться пока я поставлю отметку. Само-собой вышло что я отдаю команды и распоряжения. Не скажу, что это доставляет удовольствие, но становится спокойнее. Хотя мне все еще хочется такой простой вещи как признание меня — мной, как личности, а не просто наследника. Я не хочу притворяться их господином, это мое тело, мои действия и мой выбор.

— Интересно, как здесь все выглядело, когда работало? — Спрашиваю вслух, но скорее обращаюсь к самому себе, чем к окружающим.

— Никогда не видела столько железа. Как в этом месте вообще можно жить? — С сомнением произнесла медик. — Где выращивать скотину? Как без солнца обрабатывать поля и посевы?

— Почти все крупные города существуют за счет аграрных регионов. Работают на заводах и в офисах, а готовые продукты покупают в магазинах. — Уже ответив, понимаю, что в их мире все не так. Какие к черту продуктовые в средневековье? — Как объяснить. Когда технология меняется, позволяя на многих гектарах работать не огромной толпой, а группой в пятьдесят — сто человек. Выращивая десятки тонн еды каждый год, нужда в большом количестве фермеров исчезает.

— Магия? Как у клана Корня, заставляющего растения плодоносить в пять раз чаще? — Уточняет Аи, нашедшая единственное объяснение такой эффективности.

— К магии это не имеет никакого отношения. Только человеческий труд. Сотни лет труда. Селекция, когда выбираются только лучшие стебли и сорта пшеницы или кукурузы. — Вспоминая школьный курс природоведения разъясняю для товарищей свои слова. — В следующий год удачных колосьев становится больше, и из них для засева тоже выбирают самые богатые. И так далее. Со скотиной то же самое, выбирают тех, кто дает больше всего молока, или быстрее всего набирает вес. И так год от года, пока с одной сотки не становится возможно прокормить не десять человек, а сто, или даже двести.