Убийственная в прямом смысле слова локальная непогода послужила отличным стимулом для преодоления собственной магической немощи, вызванной невидимым и неощутимым для меня биением волн Силы. Среди пассажиров автобуса нашлось аж два пироманта, сумевших активировать свои способности и совместно создать круг тепла, и по одному владеющему огнём либо теплом в каждой группе бойцов картеля Клавель. Ударная группа Перевозчиков пока не колдовала — но, возможно, у них под броней были нужные амулеты либо прибо…

— Это ещё что такое? — вслух пробормотал я, впитывая разлившееся вокруг волшебство. Очень знакомое, как оказалось, волшебство. Шарм.

— Рукс! — Мирен тоже узнала чары матери. Сложно не узнать — суккуб на острове больше не было. Личная ученица Кабуки кастанула от души: не сдерживаясь, не модулируя воздействие на разум определённой эмоцией, и по площади. По объёму, если точнее. Меня она ни увидеть, ни почувствовать не могла по определению, но, похоже, умудрилась не только считать, но и правильно интерпретировать эмоции Перевозчиков. Даже точнее, чем это делала Ми: точно в момент удара несколько экс-орденцев синхронно скинули часть мешающей колдовать брони и попытались чётко синхронизированным ударом развеять непогоду. Шарм зацепил их разумы, начисто выбивая возможность здраво размышлять — и вот четверо недо-зомби как по невидимой нитке поплелись, оскальзываясь, к Тауну. Троих успели скрутить товарищи, а вот двоих — не успели. Если бы не мой абсолютный иммунитет к чарам, у старшей суккубы были бы отличные шансы достать и меня — “невидимую” летающую цель.

Первым моим побуждением было отправить собранную магию назад. На саму создательницу, понятное дело, демоническая способность не подействовала бы, но вот на находящихся рядом — очень даже. Благодаря старшей Родике, я и Ми восемь лет назад в подробностях узнали особенности воздействия природного, никак не модифицированного шарма — и чем грозит его применение самой демонессе любви. Ммм… Скажем так, грубое множественное изнасилование самым сильным из попавших под удар самцом (мужчиной потерявшего разум под чарами человека назвать было уже нельзя) — это удачный исход. Под такие мысли я скомкал уже “свампиренное” волшебство и попытался втянуть в себя остальное. Не хватало, чтобы ещё кого-то зацепило.

— Мама… — Мирен, сама того не замечая, прикусила губу до крови.

Разумеется, при минимальной аккуратности и после некоторой тренировки (см. выше) удачливые суккубы могли успешно контролировать процесс любовного зачарования — всё-таки шарм это не заклинание, а демонический, интуитивно понятный пользователю дар. Обратить противника против его же соратников, с лёгкостью собрать из нападавших боевую группу-”гарем”… Частенько — без кавычек. Надо ли удивляться, что суккубов в магическом мире было буквально по пальцам пересчитать, и из своих холдов они либо не выбирались, либо делали это инкогнито?

Сама Роксана свои способности в “диком” виде при дочери ни разу до сего дня не применяла — более того, была готова сделать что угодно, лишь бы дочь тоже не смогла. Свой шарм Родика-старшая превратила в тонкий инструмент ментального манипулирования, позволяющий воздействовать на окружающих не через “основной инстинкт”, а через любую необходимую эмоцию. Короткой демонстрации во время поездки с дочерью в “Карасу Тенгу” хватило, чтобы Ми с некоторой моей поддержкой смогла повторить достижения матери — не в последнюю очередь в попытке доказать, что она тоже может… Просто, может. Быть не хуже матери. Быть самостоятельной. Быть любимой и любящей дочерью, а не потенциальным оружием массового поражения, опасным для себя и окружающих.